Тишину разрезает визг тормозов, возвращая в реальность. В висках пульсирует, пытаюсь сфокусироваться на Владе. Моргаю быстрее, сжимаю виски, тело будто в невесомости. Чувствую бешенный пульс, что набирает обороты, отдает в горле. Дыхание спирает. Мне плохо. Не понимаю, что происходит… Где Влад… Дышать тяжело…
Крепкая хватка на шее, громкие голоса. Наблюдаю, как мужчины высыпают из машин, что светят смазанными фарами. Их силуэты размыты. Они бегут к нам. На интуитивном уровне понимаю, что нужно прятаться. Вижу, как тень бьет Влада по голове пару раз, он медленно оседает. Кричу, рвусь из больной хватки, но не чувствую ног. Меня не пускают. Обрушиваю отчаянную ярость на того, кто меня держит – кусаюсь, царапаюсь, рычу, пока не чувствую оглушительный удар по лицу. Уши закладывает. Обжигает огнем кожу. Во рту – металлический привкус. Тошнит сильнее. Хватаю воздух ртом, кричу. Понимаю, что приближается пучина – темная, липкая, странная, которая поглотит меня. Перед глазами – непроглядная пелена, делаю последние глубокие вдохи, падая в тягучую бездну…
- Просыпайся, крошка, пришло время развлекаться, - неприятный голос режет слух.
Силюсь открыть глаза. Кажется, правый глаз запух, щека горит, губы саднит. Голова раскалывается. Из горла рвется стон. Шевелюсь осторожно. Я привязана. Моргаю, щурясь на свет, что режет глаза… Долго не могу сфокусировать взгляд, понять, что говорят и хотят от меня. Размытые тени, размазня вокруг и боль в голове, будто печет…
- Пропустишь все веселье, дикая, - мерзко ухмыляется мужик передо мной – худощавый, с противным лицом, испещренным воспаленными прыщами.
Кривлюсь, отшатываясь инстинктивно, замечая блеск от сережки в его ухе. Точно орк – недоросток, мерзкий. Тошнит. Противно. Дергаю руками и ногами. Стону от движения, снова выпадаю из реальности. Понимаю, что руки плотно зафиксированы, не дернуться. Ноги - свободны. Стараюсь храбриться, прикусываю губы, отгоняя страх, что накатывает беспощадными волнами.
- Че, шкура? Страшно ? – ржет орк, тянет за волосы. – Морда заплыла, не такая уж и красавица. Но дырки – то остались, а – ха – ха!
Слышу смех, что отбивается от стен и обрушивается на меня. Морщусь, перевожу взгляд на уродливую рожу, которая слишком близко, обдает смрадным дыханием.
- Че? Че ты так зыркаешь, сучка? – он смакует мою беспомощность, ему нравиться чувствовать свою безграничную власть надо мной, упиваться тем, что я ничего не могу сделать и понимаю это.
- Жалкий… - говорю едва слышно, не могу контролировать голос.
Он на секунду замирает, затем – скалиться как шакал, тянет сильнее за волосы. Сжимаю челюсть, из горла рвется нервный смешок. Его пыл стухает. Вот так, урод. Смех переходит в кашель.
- Шлюха, - выплевывает он и бьет по лицу, но не больно; женская пощечина, неуверенная.
- Слышь, Дохлый, Давид сказал – не трогать ее, - говорит еще один, подходит. – Привет, старая знакомая.
Прищуриваюсь, рассматривая лысоватого амбала перед собой. Тим.
- Привет, - хрипло отвечаю, сплевывая вязкую слюну в сторону.
Сердце заливает страхом и ненавистью, возражая воспоминания, что грызут изнутри. Давид скоро придет. Войдет в эту бетонную камеру… Скрежещу зубами от ярости, что он – жив. Так всегда бывает. Хорошие люди - погибают, покидают этот мир. А такие, как Давид – уроды, циничные бандиты и убийцы – выживают, не смотря ни на что… Оглядываюсь: похоже на заброшенную стройку, что – то типа завода. Около нашего квартала – гетто была похожая постройка. В детстве – манила нас, мы играли в «латки» и именовали вызывающее дрожь место – «заброшка». Облупившиеся полуразрушенные стены, разбитый кирпич, темнеющие проемы дверей и окон без стекол… На полу – щебенка, песок, половинки кирпичей. Воняет влагой и мочой, подвальной затхлостью… Сквозь плиты пробивается зелень, словно некая надежда, знак на лучшее…
Скривилась, давя зарождающийся в груди нервный смешок. Такое место идеально подходит для пыток и убийств. Тело найдут не сразу. Прямо как в фильмах определенного жанра. Закрыла глаза, чувствуя новый приступ тошноты. Все вокруг кружиться, временами вспыхивает яркими блестками. Кажется, я теряла сознание несколько раз…