— Хмм… Ночные караулы надо будет усилить.
— Мудрое решение, — кивнул эльф.
— Мудрым решением было бы доплыть до отрогов хребта Читван на пароходе, и дальше двигаться высокогорьем, — пробурчал ехавший сзади Элам Элам-та. Эльф устало закатил глаза и прошептал несколько ругательств. То, что гном так просто не будет мириться с присутствием Джониена рядом, было очевидно с самого начала. Но за неделю недовольное бухтение эламита успело достать даже обычно спокойную и невозмутимую Айрин. Внезапно Джониен поднял руку, приказывая остановиться. Поперек дороги лежала веревка. Остановившихся нагнали остальные.
— Что случилось? — спросил Лоренц.
— Здесь была ловушка. Похоже, ее сняли совсем недавно, — эльф поднял голову и начал оглядывать сплетение ветвей наверху, — вон, видите, бревно подвешено.
— А за нами следят, баро, — вмешался в разговор Конрад.
— Не придумывай, Валадис! — фамилию клана бестиенмейстера Джониен произнес как ругательство. — Деревья не сказали мне об этом!
— Ой, ну таки один раз всего лошадок крылатых у вас увели, а вы все обижаетесь, длинноухие, — начал ерничать Конрад, но заметив, что лицо проводника побледнело от ярости, сменил тон, — деревья, может, и не сказали, а вот птичка видела, и я ее глазами. За нами наблюдала пара мальчишек карни, они сейчас убежали, но перед этим ослабили веревку, я их в последний момент заметил.
— Вот значит как? Конрад, продолжайте контролировать лес, вы Джониен тоже, — Лоренц направился в хвост колонны и достал из сумки хрустальный шар и распечатанную на вощеной бумаге стандартную септаграмму призыва «обсервера». Парой минут позже невидимый эфирный голем-наблюдатель взмыл над дорогой и устремился вперед. Они медленно двинулись следом.
Подлесок сильно ограничивал зрение, а жара не позволяла различить тепловой след, который обычно оставляли люди, но все же это была хоть какая-то страховка от неприятностей. Благодаря голему, Лоренц нашел несколько примитивных ловушек созданных безо всякой магии. Но если обсервер мог только смотреть, то в распоряжении бестиенмейстера был и слух прячущихся в дуплах летучих мышей, и птичье зрение, и обоняние мелких хищных зверушек шевелящихся в ночной подстилке.
Пот тек с Конрада градом, но утереть нос эльфу для него было важнее. И разведчика первым заметил все-таки он, выиграв в негласном соревновании. Однако ловить его пришлось эльфу. Одно дело, полагаясь на магию, найти карни сидевшего на развилке дерева, другое дело подобраться к нему незаметно… Ни Вильгельм, ни Конрад, ни гусары такими навыками не обладали.
Колонна остановилась, сделав вид, что собирается отдыхать, и Джониен растворился в подлеске. Спустя пять минут он вернулся, волоча за собой низкого тощего старичка одетого только в набедренную повязку. На груди его болтался на веревке обычный шарик амулета-накопителя. В руке эльф тащил его оружие — примитивный лук и колчан с легкими тростниковыми стрелами.
— Айрин, переведёте? — просил Лоренц, оглядывая туземца. Эмпатия подсказала ему — старик немного волнуется, но зла не желает.
— Нет необходимости, доблестный кшатри! — старик ответил на таирском. Если он и боялся, то вида не подавал. — Я был когда-то в Ханау, и еще не забыл ваш язык.
— Тем лучше! Скажи кто ты, и зачем следил за нами.
— Такие сиятельные господа редко посещают наши земли. Мы хотели узнать, зачем вы пришли к нам. Мы не желаем вам зла. Пока.
— Угроза? — Лоренц приподнял бровь, — Хотя я уже понял, что не желаете. Все эти ловушки…
— О, если бы доблестные кшатри носили мундиры ККК, не сомневайтесь, вы бы познакомились с ними гораздо ближе. И со многим другим, — старик хлопнул руками. Дерево рядом с дорогой шевельнулось и начало медленно вылезать из земли. Джониен среагировал мгновенно — выкрикнул какие-то слова на своем наречии. После секундной паузы дерево замерло на месте.
— Вот как… — баронет был откровенно удивлен. Туземец всего лишь активировал спящее заклинание, но весьма сильное и сложное.
Старик, хитро улыбаясь, развел руками.