— Я был когда-то брахманом бога жизни Варуна. Сейчас же я, недостойный, всего лишь староста деревни в этих забытых богами лесах… Когда дети принесли новости, я сам решил посмотреть на вас. Если господа пожелают, то я бы хотел предложить свой дом в качестве ночлега, здесь недалеко.
Лоренц задумался. Уже смеркалось. С одной стороны не хотелось рисковать и ночевать в окружении сомнительных личностей, с другой, если бы на них хотели напасть, это уже давно бы сделали. Да и дикий лес был не менее опасен.
— Мы принимаем ваше предложение, — решил он. Ротмистр, командовавший гусарами, скривился, но был вынужден подчиниться.
Старик повел их дальше, встав во главе процессии.
— Ни как не припомню, была ведь какая-то история, связанная с последователем Варуна, но давно, еще до моего рождения — тихонько сказала Айрин.
До деревни оказалось недалеко, всего полчаса. Но если бы не староста, они бы никогда не нашли ее. Просторные деревянные дома таились под пологом леса за стеной из колючих растений, увитых лианами. Можно было пройти всего в десятке метров и не узнать, что там живут люди.
Лошадей размесили под навесом. Гусар, эльфа и гнома, отвели в просторный общинный дом, где был накрыт стол. Карни, многие из которых этого леса не покидали никогда, с интересом рассматривали одежду и оружие пришельцев.
Лоренца в компании его друзей провели через всю деревню к обиталищу старосты, располагавшемуся на дереве на высоте добрых пяти метров. Баронет крутил головой по сторонам, изучая быт лесного народа. Деревня отнюдь не выглядела бедной. Если приглядеться то сквозь циновки, заменявшие стены пробивалась аура мелких бытовых артефактов. На многих женщинах были украшения из меди, золота и из серебра, гораздо более ценимого карни, чем презренный желтый металл. Причем, к смущению Лоренца, украшения это единственное, что было на некоторых девушках.
Они встали на небольшую деревянную платформу, по углам которой крепились лианы. Бывший жрец прошептал несложное заклятье и лианы сами стали тянуть их наверх.
— Изящное решение! — не сдержался Лоренц, поразившись небольшому количеству маны, затраченному для подъема. Конрад согласно кивнул.
— Да, Тлейклелья научил нас многому, когда останавливался больше века назад, — брахман с нежностью провел рукой по коре, — но растениям потом отдыхать придется. Я сам обычно по веревке поднимаюсь, но вы же непривычные.
В это время платформа поравнялась с полом, в просторной комнате, занимавшей весь дом.
— Ого! — Лоренц задумчиво обвел глазами помещение, — я ожидал увидеть…
В центре подобно огромной колонне торчал толстый, в три обхвата ствол дерева. Обстановка вокруг более соответствовала комнате ученого мага. Бутыли с загадочными жидкостями на стеллажах, совершенно чужеродно смотрящийся здесь шкаф со свитками, зачарованный на сухость и отсутствие плесени. Единственная возможность хоть как-то сохранить бумагу и пергамент в здешней сырости.
— Обиталище дикаря-отшельника? — усмехнулся старик, — присаживайтесь на циновках, кшатри Таира. И вы свами Айринандхар. Как поживает ваш почтенный батюшка? Не вспоминал ли он обо мне, Варунанде?
— Да, господин, он рассказывал мне о вас, ставя в пример.
— Надо же! Но все же я не тот пример, которому следует следовать, свами. То, что когда-то я пошел наперекор традициям, покинул варну, ради обучения у богоравного другого народа не должно становится правилом.
— Простите? — Лоренц не понимал о чем речь.
— Это вы меня простите, давайте сначала представится друг-другу, как делаете это вы, таирские варвары, меня зовут Варунанда.
— Лоренц, оберлейтенант тайной полиции Таира.
— Лоренц-джи, уже смеркается, сейчас подадут ужин, но прежде я, недостойный, хочу молить вас о помощи.
— Вот как… — Лоренц задумчиво потеребил подбородок.
— А я ожидала подобного! — Сказала Асанте, — не просто же так вы нас сюда притащили!
В самом деле, пока они продирались тайной тропой к деревне бывшего брахмана, Лоренц тоже прокручивал в голове возможные мотивации старика. Никак не стал бы бывший жрец, и не последний маг, будучи в своем уме тащить в это тайное место представителей таирских властей, выступавших совместно с раджой Чандрапура против подобной народной вольницы.
— Да, мы не разбойники, не контрабандисты. Помощь нам не нарушит никаких законов. Наша деревня живет за счет сбора ночных орхидей, так необходимых волшебникам ваших диких восточных стран, и охотой. Но недавно появилось темное создание, что стало убивать людей по ночам. Чудовищный леопард, белый, с черными пятнами приходит по ночам. Он разметал моих охотников, как мышей. Раны заживали на нем с поразительной скоростью. Сам я не так силен в бою как прежде, мне удалось лишь задержать его. Я вырастил изгородь из отравленного вьюнка, которая отпугивает чудовище, но и только. Вскоре мне будет нечего везти на продажу, и мы начнем голодать.