У порога их встретила дородная женщина лет сорока в простом домашнем платье, жена герра Зигмара. Она что-то бессвязно говорила и вытирала нос и глаза платком. К ней жались младшие дети, сын пяти лет и семилетняя дочь.
Габриэль проигнорировал истерику и повел их по широкой парадной лестнице на второй этаж мимо потемневших портретов висящих на стенах. Лоренц и компания еле успевали за ним. В конце коридора они подошли к двери спальни.
— Вот ее комната.
Количество розового и кружев в интерьере зашкаливало. Как и плюшевых игрушек.
— Тут вы ее оставили вечером? — спросил Лоренц, не пересекая порога.
— Да, и запер на ключ. На окнах сигнальное заклятье, вылезти она бы не смогла, не подняв тревогу. Да и высоко тут.
— Герр Зигмар, осмотр займет время. Вы не могли бы пока собрать всех слуг, что бы мы могли их допросить?
— Густаф, займись! — бросил через плечо Зигмар.
— Вы творили здесь волшебство?
— Нет, ни каких чар со вчерашнего дня кроме мелкого бытового колдовства.
— А кто заходил в комнату?
— Я, жена, горничная, Густаф и все… — призадумавшись, ответил Габриэль.
— Прекрасно, это многое облегчает. Конрад, вы говорили, что сможете взять след, дерзайте!
Бестиенмейстер кивнул и сотворил какое-то незнакомое Лоренцу заклятье. Баронет удивился. Оно было не менее чуждо академической магии, чем тени безымянной сестры дроу. Пока Конрад обнюхивал комнату на четвереньках, Лоренц начал выкладывать из саквояжа реагенты и распечатанные на бумаге заготовки для магии рун.
Для начала идентификация Борна. Она, как и говорил, Габриэль показала мягкий остаточный фон от бытовых чар. Тогда Лоренц применил более серьезные вариант — магометрический ритуал Винтерштейна и с удовлетворением улыбнулся, почувствовав результаты. Кто-то искусно маскировал фон. Что-то из школы магии разума и второе, несомненно, портал, недалекий, проложенный куда-то к окрестным кварталам. Лоренц уже больше для проформы сотворил прозрение Фендела. Оно как обычно ничего интересного не показало. Лоренц увидел, как дочка Габриэля читает письмо, видимо очень важное для нее. Баронет уже выходил из транса, когда ощутил след чего-то до боли знакомого, таящегося на самом краю восприятия.
— Ну, что вы обнаружили, оберлейтенант? — нетерпеливо смотрел Габриэль.
— Похоже, девушку увели ночью, используя самый минимум магии. Она даже не успела испугаться. Или не захотела, такой вариант тоже нельзя скидывать со счетов. — Лоренц достал банки-ловушки и расставил их по углам, что бы они собрали остаточные эманации для более полного анализа. — Конрад, как успехи?
— Баро, тут двое было, про кого хозяин не говорил. Гном, парфюм дешевый любящий, и еще тип, не знаю даже кто. Затхлый какой-то.
— Хмм… — Лоренц призадумался, — я думаю надо провести обыск. Вильгельм, Асанте, вы сможете помочь?
— Обер, еще как — ответил Вильгельм.
— Лоренц, поверьте, в поисках интересных вещиц в помещениях мне нет равных! — улыбнулась вслед за ним Асанте.
Де Фризз закатал рукава и начал методично осматривать комнату на пару с Асанте. Вильгельм, не стесняясь, разбрасывался прозрениями Иксрея и прорицанием Узиэль. Высокая медицинская магия оказалась сильна не только в поиске болезней, но и обнаружении тайников. Лоренцу при всех своих талантах было далеко до Вильгельма в этих вопросах.
Через полчаса Асанте нашла первую улику. Рыжий курчавый волос. А затем в камине обнаружила обугленный обрывок, на котором можно было прочитать «завтра…» и «…юблю тебя, М.»
— Так, прекрасно!
— Не вижу ничего прекрасного! Чем вам поможет волос и этот обрывок?
— Э! Баро, поможет, — вмешался Конрад, отвечая герру Зигмару за Лоренца, — волос гномийский! Ты, баро, рыжих гномов видел? Зуб даю, вот этот, золотой, что не видел! — Валадис оскалился и постучал по клыку, — Редкость это, один на десять тысяч может. Искать просто будет. Голову то может под шлем спрячет, а борода на виду!
Лоренц согласно кивнул, похоже, безумный лошадник был совсем не туп, а затем добавил:
— Похоже, у вашей дочери был роман.
— Не может быть!
— Очень даже может! — Вильгельм всадил меч между панелями на стене и надавил. Открылась ниша, в которой лежало несколько конвертов.