— Мы расставались обычно в начале Биргер-Ярлс-штрассе. Я направлялась в городской сад, что бы сесть в беседке и создать видимость, что госпожа читает книги.
— Ага… Рядом с гномийскими кварталом, — Лоренц представил карту города, — она может что-то вспоминала после встреч? Приносила с собой какие-нибудь предметы?
— Пару раз она приносила с собой коробки эламских сладостей. Как-то она вернулась с пятном кофе на платье. Мать госпожи отчитала меня за испорченное платье, которое не удалось отстирать даже заклинанием Ретоны.
— Мда… Это нам не поможет…
— Ваше благородие, извините, что вмешиваюсь, но там недалеко расположена кофейня эламская. Место хорошее, хоть и дорогое, — влез в разговор писец, — и рахат лукум вкуснейший.
— Что же, Ананда, оставайтесь пока в городе. Возможно, мне еще понадобится уточнить некоторые вещи. На сегодня вы свободны.
Лоренц отправился в свой кабинет, совсем забыв про снимок из анализатора, оставшийся лежать на столе. Он решил зайти в жандармерию, узнать как продвигаются поиски рыжебородого гнома.
Начальник жандармерии видеть Лоренца был не рад. Майор Фогт и прибывшие из Таирбурга шишки тоже требовали себе людей, для наблюдения за Павлидисом, полномочным послом Хатти, господином Тишуб-Тарком, и еще несколькими людьми, эльфами и гномами, незнакомым баронету. Все это гауптман Бухольц не преминул высказать баронету, причем весьма раздраженно.
— И вообще, как вы себе представляете поиски этого рыжебородого? Будем ходить по домам, обыскивать? Это же гномы! Ладно еще клановцы, с их старейшинами через торговую гильдию еще договориться можно. Зигмар им хвост с поставками прижать может так, что мало не покажется. А с эламитами что прикажете делать? Они же в гетто живут. Диаспора, один за всех и все за одного. Если мы обыски начнем делать, то они могут и бунт поднять! Нет, даже не просите, я туда не полезу. Только погромов мне сейчас не хватает для полного счастья.
— Но должен же у них быть какой-то лидер! — Сказал Лоренц.
— Должен, но я не в курсе их порядков. Они нас в свои норы не приглашают, — огрызнулся жандарм. — Мне достаточно, что они не совершают правонарушений на чужой территории и свои проблемы сами решают. Хотите контакты их старейшин? Пойдите и спросите у них сами.
Лоренц хотел попросить Мариэль Беккер надавить на жандармерию, что бы те помогли ему с расследованием, но госпожа гауптман отмахнулась. Ни ей, ни майору было сейчас не до сбежавших экзальтированных девиц. Источник утверждал, что в Ханау появился сам глава Лесной Стражи Дизраэли, и все силы Йозефа Фогта и прибывших из столицы магов были направлены на то, чтобы поймать легендарного воина и почетного видящего Доминиона эльфов.
Остаток дня баронет посвятил разбору документов. Когда вернулись Асанте, Вильгельм и Ирэн, он занялся анализом списков прибывших за последние месяцы таирских дворян и сравнением их с проживающими в гостиницах и пансионах.
Вечером к управлению подъехала карета, присланная Леошем Яначеком за Ирэн. Девушка засобиралась, прихорошилась легкой иллюзией, привела в порядок форму, проверила, как ходит шпага в ножнах.
Вильгельм глядя на это фыркнул:
— Ирэн при всем уважении, что ты нашла в этом гноме?
— Ах, Вилли, я хрупкая беззащитная женщина, — она достала из кобуры на поясе волшебную парочку Кольтиэля и проверила ее заряд. — И мне нужно крепкое мужское плечо рядом.
— Даже если это плечо на уровне бедра? — ехидно спросила Асанте.
— Зато лицо там, где надо, оказывается! — неприлично загоготал Вильгельм.
Баронет шутки не понял, а вот Ирэн густо покраснела и попыталась выбежать из комнаты. Но тут Лоренца осенила идея.
— Постойте, юнкер Деко! — Ирэн остановилась в дверях, а Лоренц продолжил, — скажите, какое положение ваш кавалер занимает в общине?
— Он председатель отделения Первого Гномийского и ключник при рунном жреце Протиче.
— Ого! — присвистнул Вильгельм, — серьезный человек. То есть гном.
— Ирэн, у меня задание для вас. Попросите его организовать поиски рыжебородого гнома. Жандармерия сегодня расписалась передо мной в своем бессилии и нежелании… — Лоренц вздохнул.
— Он мне не откажет, — Ирэн улыбнулась, показала язык Вильгельму и удалилась.