Он не имеет права так поступать со мной — играть с моими эмоциями, а затем отступать. Если он хочет меня так же сильно, как хочу его я, ему нужно это доказать.
— Только попробуй снова от меня сбежать, — рычит он.
— Разве я — та, кто убегает? — многозначительно поднимаю бровь.
Ладно, да, я сбежала в ночь своего дня рождения из дома Пенни, но я не выдержала его отказа. Это он отталкивает меня, потому что боится собственных чувств.
— Да, — резко отвечает он.
— Я тебе не верю.
Я глушу Хамви, выскакиваю из машины и, не разбирая дороги, несусь в первое попавшееся здание. Понятия не имею, что делаю, но точно знаю, что из-за него моя кровь кипит.
Я хочу растаять.
Хочу сдаться.
Хочу, чтобы он снова показал, как приятно отпускать контроль и нарушать правила.
Без сожалений. Без пощады. На пределе возможностей.
Кейд слишком серьезен, но я знаю — он всё еще способен улыбаться, несмотря на то, что пережил тяжелые времена. Букер не рассказывал подробностей, но я бы хотела снова заставить Зверя смеяться и доказать, что я ему не враг.
Я бегу дальше и врываюсь в тесную комнату, похожую на кладовую, заставленную аптечками и медицинскими принадлежностями. Там запираю дверь, прикусывая губу. Отступаю назад, пока спина не ударяется о стеллаж — от неожиданности я вздрагиваю. Его громкие, тяжелые шаги становятся всё ближе.
Какого черта я делаю?
И почему погоня так возбуждает меня?
Два громких удара сотрясают дверь.
Я не отвечаю, а сердце грохочет о ребра сильнее. Пульсация между бедер усиливается, когда я вижу, как дергается ручка. Мне должно быть стыдно, но нет. Я хочу его. Я хотела его с той секунды, как впервые увидела. Еще отчаянней я захотела его, когда он показал, что я сильнее своего страха. Никто не понимает меня так, как он. Никто не слушает и не видит меня так, как он. Никто не выводил меня за пределы возможного так, как он.
Я. Хочу. Его.
Мой телефон вибрирует. Я вытаскиваю его из кармана, и сужаю глаза при виде зловещего, угрожающего сообщения. Я до сих пор не сохранила его номер. Он знает мой, потому что Букер создал групповой чат для миссии.
Неизвестный:
Думаешь, дверь меня остановит?
Я:
Последний шанс, Кейд. Если хочешь меня, докажи это. Уходи сейчас. Ты не человек слова.
Следующие пять минут я сижу в тишине, не сводя глаз с экрана. Ничего. Даже проклятого значка набора текста. Разочарование тяжело нависает надо мной. Я прислоняюсь к стеллажу, и мои губы складываются в гримасу.
Он действительно ушел.
Ну конечно.
Я выключаю телефон и открываю дверь. Затаив дыхание, прислушиваюсь к малейшим звукам, но ничего не происходит. Повернув ручку, выхожу в коридор и бросаю взгляд вправо. Небольшая клиника на территории базы закрыта. Никого. В зоне ожидания пустые стулья. За стойкой регистрации ни одного дежурного. Единственный звук — ровный гул кондиционера под потолком.
Тень накрывает меня, и я тут же реагирую. Снова закрываю дверь прямо перед Кейдом и поворачиваю замок. Руки дрожат от возбуждения и мстительного удовлетворения, пока я отхожу, а он гневно стучит. Моя грудь тяжело вздымается по мере того, как нарастает похоть.
Вдруг всё стихает. Я удивленно поднимаю бровь.
Он сдался?
И тут дверь проламывается внутрь.
Кейд выбил дверь ногой.
Святые небеса.
Если он чего-то хочет, он действительно добьется этого.
Я даже шаг сделать не успеваю — его грубая ладонь обхватывает меня за горло, а другая глушит мой крик. Он толкает меня обратно в кладовку и пинает сломанную дверь, но она остается приоткрытой.
— Я не буду говорить, что чувствую. Я тебе покажу. Так достаточно по-мужски? — Его суженные глаза жадно блуждают по моему телу. Алчно. Неистово.
— Покажи, — провоцирую я его.
Его взгляд темнеет, и у красивых глаз собираются морщинки.
— На колени. — Он накрывает мои губы жестоким поцелуем. Я упираюсь, но он даже не двигается с места, и это только раззадоривает меня.
— Просто парень и девушка в кладовке? — выдыхает Кейд, прерывая поцелуй. Мои губы уже ноют от его безжалостной атаки. Он сдергивает ремень и ухмыляется. — Как на пляже?
— Кейд! Я думала, мы не можем! А как же наши карьеры? Ты сам мне говорил!
Слова тонут в его неукротимых поцелуях. Его язык толкается внутрь, и я сама не понимаю, хочу ли я прикусить его или впустить глубже. Он игнорирует меня и глухо стонет, когда обхватывает мою задницу, прижимаясь ко мне своим стояком.