Она решительно развернулась и направилась к медотсеку. Если бы она знала, если бы Марк рассказал ей о благодарности, что испытывал к Килне за преподанный урок любви, она бы десять раз подумала...
Килна Травер работала. Четвертый день она не покидала медотсека, спала урывками, здесь же в кресле за столом, перегрузив голову чрезмерным количеством чуждой ей ранее информации. Плюнув на весьма реальную опасность получить шизофрению, она ментохропировала объем знаний хорошего специалиста по силовым полям. А также знания компьютерщика, синхронщика, полный курс фенстибулярной физики и чего-то там еще... И работала, работала... Работала безо всякой уверенности в успехе. Малюсенький луч надежды разгорелся за эти дни в огромное пламя, и Килна чувствовала всей трепещущей кожей своей, что добьется-таки успеха. Хотя она даже сама не понимала, что это будет означать. Она работала, сжигаемая отчаянной страстью - взять Марка, только его - никто больше ей не нужен был отныне. И взять немедленно, почувствовать его в себе, впитать в себя... Ни один мужчина ей не нужен был кроме него, ни один. В случае если удастся ей победить в этой жестокой уже четырехдневной борьбе с силами физическими и наукой сей чертовой - она всегда будет носить сейчас ненавистное поле воздержания, чтобы остальных, как Петра... Хотя тогда она не хотела этого... Но все они по сути, грязные животные, а этот Петр - самоуверенный импотент, все из-за него... Поле воздержания - лишь бы научиться снимать его - не будет существовать на ней лишь для Марка... Мужчины, достойного мечты, мужчины, который еще не ощутил себя таковым, но Килна отдастся ему вся, и он поймет, что Ларса эта - так, мокрощелка смазливая...
Прозвучал сигнал вызова. Килна даже как-то облегченно вздохнула и оторвалась от монитора. В глазах уже светлячки выводят дикие антраша. Надо передохнуть, пусть входят.
Господи, кого угодно рада была бы видеть сейчас Ларса, даже сурово обидевшую ее Дерни, но только не Ларсу. Ирен рассказывала, что старпом не отстает от Марка - такого желанного - смотрит на него вытаращенными глазами, все желания в столовой предвосхищает, что Кайз ей даже замечание сделала, это при всем известной-то выдержке капитана... И самое отвратительное, что Ларса сумела-таки обольстить Марка, и спит с ним, уже четыре ночи спит, сирена проклятая...
- Здравствуй, Килна, - приветливо сказала Ларса. - Мне требуется твоя помощь.
- Здравствуй, - холодно и устало вздохнула Килна. - Я слушаю.
- Мне требуется ввести препарат для отсрочки менструации на несколько месяцев. Помнится, ты когда-то вводила мне его.
Килна чуть не задохнулась от возмущения, но отвернувшись к мониторам, сумела скрыть это от соперницы. Хотя, похоже, Ларса даже не догадывается о ее чувствах к Марку. Значит, Марк ничего не рассказал ей, значит нет любви у него к Ларсе - раз нет откровенности. Это радует.
Но какая наглость! Она прелюбодействует с ним, отбивая у мальчика всякий вкус к настоящей интеллектуальной эротике, и еще приходит к ней, к Килне, чтобы она содействовала этому!
- К сожалению, - с едва скрываемым злорадством сказала врач, - в данный момент это невозможно. Твоя проблема не есть мешающее выполнению служебных обязанностей заболевание, а лишь прихоть. Без разрешения капитана я не имею права выполнить твою просьбу.
- Да ты что? - поразилась Ларса. - Но ведь ты уже когда-то давно...
- Ну и что, - парировала Килна. - Если помнишь, это был конец годовой вахты, мы уже сдавали звездолет, тебе не хотелось терять лишние дни, ты спешила покрасоваться в салонах Гаруна...
- Да ладно тебе, кто узнает-то? И какое кому до этого дело?
- Все запросы медикаментов фиксируются в компьютере, я не властна что-либо тут изменить. Если будет распоряжение начальства - то пожалуйста, хоть три порции. - Килна ехидно развела руки.
Ларса на мгновение задумалась, потом лицо ее прояснилось.
- Хорошо, записывай: ввиду угрозы нападения на "Лоуфул" пиратского корабля, и необходимости в таком случае одевания - я не быстро говорю? "мужетряски"... Прошу прощения, то есть силового поля психологического воздействия, при использовании которого кровь недопустима, ибо как известно вид крови лишь разъяряет противников, чем бы эта кровь не была вызвана, я в служебных интересах, как старший помощник капитана приказываю ввести мне препарат - как он называется? Ну, это потом впишешь. Ты удовлетворена?
Килна проглотила. Тем не менее от бессилия, чтобы хоть как-то унизить Ларсу, она переключилась на запасной монитор (жалко было сбрасывать работу по нейтрализации пояса воздержания - настраивайся потом опять) она набрала приказ, и вывела на печать.
- Подпишите, пожалуйста, - холодно сказала она.
Ларса склонилась над бумагой. Килна встала и не спеша подошла к медэлеватору. Долго искала в базе данных шифр препарата, набрала код.
- Обнажи ягодицу и ложись на тот стол, - сказала она Ларсе.
- А это не больно? - насмешливо спросила та.
- Как получится, - огрызнулась Килна, подумав, что больно, к сожалению, не получится при всем старании. Когда-то в древности вводили целебную жидкость стальной иглой, но это было в таком далеком прошлом, что упоминания о сем сохранились лишь в учебниках по истории медицины, увы.
Она взяла появившийся на подставке баллончик с излучением и профессионально сверила шифр. И вдруг с удивлением обнаружила, что машина ошиблась - шифр другой, расхождение в одной букве. Она проверила свой набор - все правильно, к ней претензий быть не может - любая проверка убедится, что она набрала правильно. А то что она не сверила - так разницу между прописными "I" и "L" можно в спешке не заметить - буковки какие меленькие. Килну аж переполнила бешеная радость - через пару дней Ларса не сможет из-за месячных соблазнять Марка. И номинально не Килны в этом вина, не Килны. А к тому времени расправимся с паскудным полем воздержания и Марк к ней упадет как спелое яблоко...
Килна набрала полную грудь воздуха. Не поворачиваясь к терпеливо ожидавшей Ларсе, подставившей прожекторам свои обнаженные ягодицы, Килна по базе данных проверила, что это за лекарство - ошибки-то у машины случаются, тут нет вины, а убийцей становится незачем - вдруг лекарство с противопоказаниями.