– К Теме.
Он улыбнулся.
– С пониманием, но без сочувствия.
– Хитро! Ладно, сойдет. Врач будет?
– Постараюсь организовать. Было бы неплохо доказать применение пыток. Вы наговорили лишнего.
– Что, например? Я же, как под присягой: правду и только правду.
– Здесь важна не правда, а то, как ее будут трактовать.
– Вам тоже все равно, кого защищать, как им все равно, кого сажать?
– Не совсем. Работа есть работа, но не всякая работа в удовольствие. Вы мне симпатичны.
– Вы хоть верите в мою невиновность?
– Это не вопрос веры…
– Ну не как адвокат, как человек?
– Да. Думаю, да.
– Спасибо.
Олег Петрович
А ларчик-то просто открывался. Надо было сразу изучить ее компьютер, особенно файлы, защищенные паролем. В одном из таких файлов и лежал дневник.
Мы так и не нашли твердой копии, вероятно, ее не существовало. После того разговора в «Русском бистро» всю их квартиру перевернули вверх дном. И ничего.
Только когда появились первые публикации в бульварных газетенках, я поверил, что дневник действительно существует, и отнесся к делу серьезнее.
Из дневника Жюстины
С чего все началось…
Вестимо с детства. Года в три мне приснился сон. Речь там шла о гибели корабля (может быть, я где-то слышала про «Титаник»). Помню страх и безысходность. По-моему, не спасся никто. Почему, когда мама ушла, я высыпала из шкафа пластмассовый конструктор с острыми цилиндрическими деталями и пыталась оцарапать себе руку?
Лет в пять-шесть я любила забираться в кресло и сидеть в задумчивости.
«Мечтательная девочка, – улыбались взрослые. – О чем задумалась? О Прекрасном Принце?»
А девочка представляла себя в кресле для пыток и палача рядом. И ловила кайф со своих мечтаний, хотя еще ничего не знала о сексе. Девочка молчала. Уже тогда, где-то на подсознательном уровне, она поняла, что говорить об этом нельзя.
И вот она выросла, но фантазии мало изменились, только к мечтам о пытках прибавились мечты о преклонении. Как сладко опуститься на колени! Желательно, конечно, перед тем, кто достоин.
С достойными был полный облом. А потому оргазм только под садомазохистский глюк.
Тогда в каком-то дамском романе я вычитала, что героиня сексуально возбуждалась, представляя себе обнаженного накачанного красавца на пляже под южным солнцем. Я была в недоумении. Неужели это действительно может возбудить? Мне надо, чтобы по этим прекрасном мышцам стекала кровь и улыбка была полна страдания или, еще лучше, чтобы сам красавец держал в руках нож, меч или скипетр (ну, на худой конец, иглы, щипцы или плеть), а я, покорная, стояла перед ним на коленях или лежала, простершись ниц.
А голый мужик на пляже – какая пошлость! С тех пор я не читаю дамских романов.
Но я вовсе не ощущала себя особенной. Просто об этом нельзя говорить. Вот и не говорит никто, вот и лукавят, придумывая мышцы, пляжи и юга.
На БДСМ меня вынесло совершенно случайно.
В середине девяностых черт (а кто же еще?) дернул меня заняться бизнесом, и я неожиданно для себя оказалась замешанной в одной финансовой афере. Надо было выкручиваться, и я призвала на помощь все силы земные и небесные.
Взятка последним состояла в крещении и посещении церкви по три раза в неделю. В общем, христанулась я здорово! Может быть, потому, что нашла, наконец, во Христе того вожделенного мужика, перед которым можно бухнуться на колени и пасть ниц без всякого лукавства. Так или иначе, но домолилась я до мистического транса…
Потом, когда поняла, что выкрутилась, и даже смогла устроиться на работу в банк, а папу избрали в Думу, и ни мелкие менты, ни средней руки киллеры стали для меня не опасны, я трезво оглянулась назад и спросила себя: «А что это было?»
Начала копать, на досуге читая литературу по психологии мистицизма, и набрела на эндорфины, гормоны счастья.
В тот памятный осенний день я набрала «эндорфины» в «Яндексе» и оказалась на сайте Кабоша.
Эх! Достали Доминанты – пойду саба поищу!
Как только я зарегистрировалась на сайте БДСМ, меня завалили письмами с предложениями знакомства. Думаю, ажиотаж объяснялся тем, что здесь женщин в три раза меньше, чем мужиков.
А среди мужиков больше всего Доминантов. Я, в принципе, не против положения сабы, если мой Господин действительно, по жизни, произвел на меня впечатление. И не высотой роста, а высотой интеллекта.
«Ну! Ну!» – в душе подзадориваю я своих корреспондентов, докажи, что способен доминировать, что можешь взять на себя ответственность, покажи, что ты умнее меня. Иначе на хрена мне твои сто восемьдесят? Ну отдоминируй меня для начала интеллектуально. Тогда я сама и упаду перед тобой на колени, и руки-ноги поцелую, и все исполню, что прикажешь.