Миловидная женщина материализовалась из пустоты. Красивая, но несколько другая, нежели на портрете в королевском замке. Ей должно быть около сорока пяти, но выглядела значительно моложе. Я хотела бы обладать такой внешностью спустя десятки лет.
Выдохнув, Светлая глотнула вина и тут же поморщилась. Н-да, этот напиток не для благородных дам…
– Хватит разглагольствовать. Пора брать историю в свои руки.
– На этой площади сжигают тех, кому не повезло родиться Светлыми! Но чем светлые маги отличаются от Темных? В наших жилах течет та же кровь! Мы дышим одним и тем же воздухом! Мы такие же, как Темные, но в отличие от них, знаем не понаслышке, что такое благородство и честь! Так сколько это будет продолжаться? Сколько еще ни в чем неповинных Светлых должно погибнуть, прежде чем люди поймут, что совершают огромную ошибку?
Мариана стояла на широком бордюре замерзшего фонтана. Ее голос эхом разносился по всей площади.
– Мы можем приносить пользу! Наша магия может лечить, но нас убивают! Подумайте! Подумайте, жители Лярижа, что каждому из вас сделали Светлые? Наша смерть – всего лишь прихоть короля!
Стражники окружали фонтан плотным кольцом. Сильнее натянув капюшон, смотрела издалека, облокотившись об окно одной из лавок. Мариана делала вид, что сопротивляется, но магию не применяла. Мы обговорили этот вопрос заранее.
– Отпустите меня! Я не использовала силу! Вы пытаетесь заткнуть меня, но на мое место придут другие! Пора Светлым выбраться из своих нор! Нам пора перестать бояться! Вместе мы можем противостоять королю!
Определенно переигрывала, вплетая свою личную неприязнь. Как бы ни казнили, отрубив голову. Какой уж костер после таких слов! Дело ли – пытаться соорудить восстание против короля!
Мариану увели. Продолжала стоять на площади, ожидая, когда ее приведут вновь. Мимо проходили спешащие по своим делам горожане. Некоторые заходили в лавки, совершая покупки. Другие слонялись без дела. Были и просящие милостыню – что-то вроде наших попрошаек, которые делают вид, будто попали в плохую ситуацию. Можно многое увидеть и услышать, часами стоя на одном месте.
– Все готово?
Этот голос! Черт возьми, я узнаю его из тысячи других! Ледяные иглы впились в кожу, вынуждая выпрямиться и принять стойку, словно охотничья собака. Ладислас шел совсем рядом. Его неизменно сопровождал молоденький шевалье. Они беседовали так легко и спокойно, словно в его жизни ничего не произошло, будто я в его жизни была никем.
– Да, монсеньор. Сейчас приведут. А… Что-то не так? – спросил Рион, когда герцог резко остановился.
Он стоял боком ко мне. Прямо напротив. Нас разделял какой-то шаг. Повернувшись, клянусь, Ладислас посмотрел мне в глаза. Точно знала, что не мог меня видеть. Никто не мог, но тем не менее он смотрел на меня.
– Нет, все нормально. Мне просто показалось. Пойдем.
Уже прошли мимо, исчезнув за поворотом, а я по-прежнему не дышала. Так близко, что могла бы коснуться рукой. Так просто, не будь мы врагами. Так холодно – лед его темных глаз. Настоящая зима жила не на улицах Поранции, а в его взгляде. Разве может такой взгляд сжигать душу дотла?
Задумавшись, даже не заметила, как площадь наполнилась людьми. Пробиралась сквозь толпу. Предвкушая новое сожжение, горожане даже не замечали меня. Люди, разве так можно? Для них это очередное зрелище в потоке скучной жизни, но если бы кто-то из них был на месте арестованного, так бы им было весело? Не думаю.
Рот Марианы был скрыт под какой-то грязной тряпкой. Видимо, Темные так оградили себя от воинственных речей. Прекрасно видела, как Ладислас поджег ветки у ее ног. Страшное, ужасное зрелище. Огонь облизывал ноги и тянулся дальше, постепенно скрывая все тело. Меня трясло, как алкоголика с похмелья. Следила неотрывно до самого конца, чтобы не выпустить из виду ни одной детали. Пол под Марианой так и не открылся…
Краем глаза видела на площади и Эриста. Соблазн подойти был велик, но я сдержалась. Мужчина стоял в стороне, полностью прикрытый плащом. Только по магии и узнала.
Костер потух, а я все никак не могла уйти – ноги словно приросли. Один из ротозеев больно задел меня плечом. Это и вывело из ступора. Несмотря на бегущие слезы, что обжигали кожу холодом, я юркнула в ближайший проулок. Молилась изо всех сил, чтобы Мариана оказалась права. Ни за что не хотела остаться в одиночестве против этого чертового мира.
Шла по самой короткой дороге, чтобы в конце концов выйти прямо на особняк Герцога де Парион, но моим желаниям не суждено было сбыться. Вечер уже спускался на улицы Лярижа. На расположенных рядом с друг другом домах уже зажигались редкие масляные фонари. Прохожие не встречались на пути, но я остро ощущала за собой слежку. Снег отчетливо скрипел под его ногами.