Когда кабинет опустел, устало уселась прямо на стол, потому что Мариана заняла единственное кресло. Ощущение, будто из меня выпили все силы, намертво въелось в тело. Опустошена, истощена. Веки закрывались сами собой, так хотелось спать. Светлая тоже выглядела пожеванной. Она управилась с большей частью работы.
– Зачем ты рассказала Эристу, что ты его сестра? – вопросила женщина, намеренно растягивая слова.
– Потому что об этом ему должны были рассказать вы. Принц питал иллюзии по поводу наших возможных отношений и брака. Я всего лишь поведала ему о реальном положении дел. Наш брак невозможен. Любые отношения, кроме дружеских, невозможны. Он должен был знать об этом, чтобы не наделать глупостей.
– Ты могла просто отказать ему.
– Мариана, ваш сын хороший человек. Мне приятна наша дружба. – На этом считала тему закрытой. – Если я вам больше не нужна, то предпочитаю принять горизонтальное положение где-нибудь в выделенной спальне. Желательно в постели, но не факт, что доползу.
– Конечно, но вот еще что. Будь осторожна. Эрист и Ладислас что-то подозревают о том, что ты в чужом теле. Эрист взял у меня один из фолиантов, в котором рассказывается о подселении душ. Сама понимаешь, я не могла не дать ему его. Это выглядело бы странно. Конечно, я уверена, ничего особенного он там не найдет, но я надеюсь, что хоть это ты не разболтаешь?
– Зачем мне это? Проблем и без того хватает.
Развернувшись, покинула кабинет. На интуитивном уровне понимала, что о своем попаданстве мне стоит молчать. Как отреагируют Эрист и Ладислас? Препарируют, словно подопытную зверушку? Конечно, сильно утрировала, но проверять не хотелось. В этом конкретном случае молчание – золото.
Мариана все больше отдалялась от меня. Сейчас испытывала двоякие ощущения. С одной стороны, это только я считала нас союзниками и друзьями. Светлая никогда ничего такого не говорила, но с другой… Я не была дурой. Отлично помнила ее слова на костре. Раньше она не могла находиться рядом с арестованным по пути к кострищу и на самом постаменте для сожжения. Как бы мне не было обидно, но там, в камере, предлагая играть в открытую, Мариана собиралась сделать из меня святую мученицу. Ту мученицу, что после красивой речи должна была сгореть в диком пламени. Она готова была пожертвовать мной ради своей цели, да только отсутствие купола спасло меня от неминуемой смерти. Светлая не знала, что сможет вытащить меня.
Ненадолго задремав, проснулась уже под вечер. Тишина окутала замок. Спускалась по лестнице, завязывая ленты плаща. Куда все подевались? Ведь не могли же они просто уйти? А если их все-таки нашли? Тогда почему не тронули меня?
Изрядно накрутив себя, вышла на улицу. В десяти метрах от замка пылал настоящий кострище. Его языки тянулись к темному небу, переливались красными, оранжевыми и желтыми красками. Вокруг летали маленькие горящие пылинки.
– Катрин, идите к нам! – окликнул Эрист, махая рукой.
Чем ближе подходила, тем сильнее окутывал невероятный аромат жаренного мяса. Туша крутилась на вертеле. Огонь ластился к ее бокам, запекая аппетитную золотисто-коричневую корочку. Сок капал вниз, вынуждая костер трещать. Мой желудок взбрыкнул, громогласно заурчал, отдаваясь чувством голода, а слюна немедленно наполнила рот.
– Что мы празднуем? – спросила, поглядывая на принца.
– Мы празднуем этот день, – прозвучало за моей спиной. – Мы здоровы, мы счастливы, мы любим. Это прекрасный повод, не находите?
Обернувшись, встретилась взглядом с Ладисласом. Он приподнял бутылку, предлагая выпить. Покачав головой, молчаливо отказалась, но улыбка прилипла к губам.
– Я подожду, пока приготовится мясо.
Насытившись до отвала, сидела на бревне и смотрела на огонь. Неспешно ворошила веточкой угольки. Есть вещи, за которыми можно наблюдать бесконечно долго. Точно так же я когда-то следила за дикими волнами Черного моря. В такие моменты телом и разумом завладевает умиротворение. Мысли исчезают, оставляя наедине с целым миром. Прекрасно, спокойно и легко…
Внезапно чужие руки легли на плечи. Вскинувшись, оглянулась. Даже не услышала, как он подошел. Герцог де Парион стоял за моей спиной. Его плащ окутал теплом и терпким парфюмом. Вот так просто, молча, подошел и сделал. Мягкая полуулыбка гуляла по его губам.
Вдыхала аромат – мускус и что-то хвойное, едва уловимое. Сходила с ума, наслаждаясь. Руки не убирал.
– Присядете? – кивнула на место рядом с собой.