Нерине кивнула.
Гай довольно прытко организовал пир. Официантка ему мило улыбалась и быстро доставила к столу мясной пирог, сыр, нарезанный крупными ломтями, овощи, жареную рыбу, хлеб и кувшин вина́.
– Итак, Гай, хотел бы знать, что ты снова тут делаешь? Неужели тебе заплатили за мою голову? – буркнул герцог.
– Ой, Андертон. Если бы просили твою голову, я бы сделал это бесплатно, – фыркнул маг, разливая вино.
На какое-то время над столом повисло молчание. Но когда голод был утолён, Гай спросил:
– Госпожа, расскажите, как вам удалось заарканить этого ворчуна?
Герцог с интересом на неё посмотрел. Нерине подумала, что лучше отшутиться, не стоило рассказывать правду…пусть это и друг его светлости.
– Любовь, милорд.
Тёмные брови герцога взметнулись.
– О! Я и вижу, что Велиус растёкся лужицей у ваших ног, – хмыкнул маг, отпивая терпкое вино.
Нерине улыбнулась. Этот маг забавен, и он ей понравился.
– На самом деле это я без ума от него.
– Неужели? О нет! Хотел вас украсть у Вела, но вы влюблены…
– Прекрати волочиться за будущей герцогиней, – вмешался Андертон, буравя друга взглядом.
Негодяй фыркнул от смеха. Ему нравилось дразнить герцога.
– А как вы познакомились, милорд ? – сменила тему Нерине, смущённо поглядывая на Велиуса.
– А он не рассказывал о нашей дружбе? – широкая улыбка тут же возникла на губах мага.
– Нет.
– Тогда это тайна, госпожа. Потому что, если я скажу правду, вы мне никогда, не поверите.
– Неужели он занимался чем-то порочным? – шёпотом спросила маркиза.
– О да!
– Молчи, Гай, и лучше одолжи нам химеру, – буркнул Андертон.
– Хм, – хитрый взгляд зелёных глаз остановился на герцоге и тут же сместился на его леди. – Хорошо.
Велиус и Нерине попрощались с Гаем и поблагодарили его за ужин. Герцог пообещал другу, что к утру вернёт химеру. Оказавшись на улице, Нерине вдруг подумала, что им придётся ехать в одном седле, и покраснела.
– Что? – поймал её смущённый взгляд мужчина.
– Нет-нет, ничего. Просто устала.
– Потерпите, мы скоро будем дома, – прошептал Андертон. – Вам помочь забраться на химеру?
Леди покачала головой и ловко залезла сама. Велиус устроился позади неё. Целых двадцать минут маркиза была так близко к герцогу, как никогда. В кольце его рук было уютно. Она чувствовала запах мускуса вперемежку с железом. Нерине тяжело вздохнула, подумав о его ране. Нет, он совсем не заботился о себе.
Глава 5
Герцог сидел за письменным столом, откинувшись на спинку кресла. С тяжёлым вздохом вытянул длинные ноги, положив на мягкий коричневый пуф. Изначально Андертон собирался отчитать Нерине, за то, что рисковала собой в подземелье. Но почему-то не хотелось ругаться, особенно когда на него смотрели смешливые зелёные глаза маркизы. Она желала помочь и отправилась за лечебными настойками. И настояла, что обработает рану.
Дверь тихо скрипнула, и в кабинет вошёл кот.
– Ааа, Лимон, – хмыкнул герцог, – проходи. Как раз собирался тебя отругать.
Кот понял и недовольно фыркнул. Запрыгнул на письменный стол, потоптался, и, поджав лапки, умастился на полированной поверхности. Его нахальные жёлтые глаза уставились на герцога.
– Знаешь, мой друг, что я терпеть не могу, когда портят сапоги, – начал Андертон.
– Мяу, – ответил кот.
– Ещё раз увижу рядом с сапогами, закрою в подвале, пока всех мышей не отловишь, лентяй, – прищурил глаза мужчина. – А то знаю, вечно крутишься на кухне и выпрашиваешь у повара куски телячьей вырезки.
Кот фыркнул, закрыл наглые глаза и сделал вид, что задремал. Именно в этот момент вернулась Нерине. Она переоделась в платье мятного цвета. Пышная юбка из мокрого шёлка мягко колебалась при каждом шаге. Узкий лиф с циановой отделкой подчёркивал стройную талию и изящный бюст леди. Каштановые волосы аккуратно убраны в пучок. Маркиза принесла с собой большую деревянную шкатулку, которую поставила на стол.
– О, Анемон, – девушка ласково погладила дремлющего кота, – и ты тут.
– Что означает его имя, миледи? – спросил герцог.
– Цветок. Семейства лютиковых.
– Этот Лютик испортил мои лучшие сапоги, – печально вздохнул Андертон.
– О! Наверное, вы оставили их на его любимом месте, а Анемон консервативен в вопросах сна.
– Гм, – ответил герцог и положил правую руку на стол.
Нерине расстегнула рукав батистовой рубашки. Разрезанная ткань прилипла к запёкшейся ране. Леди достала колбу с настойкой «гвоздики травянки» и полила сверху. Герцог следил за её осторожными движениями. Он мог и потерпеть, если бы она разок рванула ткань. Но Андертон не вмешивался. Нерине снова полила настойкой рукав и ловко отделила ткань от раны. Затем взяла колбу с «тысячелистником» и осторожно покрыла порез мазью, чтобы ускорить регенерацию кожи. Последним штрихом стала повязка, которую сноровисто наложили тоненькие пальчики маркизы.