– Мадам? – он вежливо поцеловал пышные пальцы леди унизанные перстнями. – Что случилось?
– Я уезжаю, Велиус, – ответила она. – Эти демоны совсем распоясались.
Графиня Дейтон была его соседкой. Ее поместье граничило с землями Андертона на северо-востоке. Леди часто привозила в Райдеро свою бесцветную дочь подышать сельским воздухом. И если графиня уезжала, это означало, что произошло нечто выдающееся.
Герцог вскинул черную бровь.
– Скоро вся прислуга сбежит из поместья. Сегодня на улице убили моего садовника. Нет-нет, моей Амелии тут не место, – добавила графиня.
– Но…
– Хотела вам сказать, мой дорогой мальчик, что, прикрываясь этими демонами, маркиз ла Феско скупает Райдерскую землю за бесценок. Вчера приезжал его поверенный и предложил мне шесть тысяч золота за поместье. Велиус, шесть! Нет, каков нахал?
– Вам не стоит вообще что-то продавать, – выдохнул мужчина, увидев краешком глаза, что маркиза миновала опасность и приближалась к двери дома.
– Ах, Велиус, вы, как всегда, правы, – леди достала с кожаного ридикюля надушенный конверт и протянула, – как только устроимся с Амелией в столице, организуем настоящий праздник. Я надеюсь, вы посетите нас?
– Непременно, – улыбнулся он, забирая приглашение. Герцог тут же спрятал его во внутренний карман пиджака.
– Амелия, – гаркнула дама вглубь экипажа, – ну-ка поздоровайся с его светлостью. Живее, девочка.
Из экипажа выглянула полная девушка с мышиным цветом волос, и блекло-голубыми глазами. Амелия в ярко-оранжевом платье напомнила герцогу тыкву.
– Рад познакомиться, миледи, – ответил вежливо герцог и поцеловал пухлую ручку.
Девушка засмущалась, и щеки окрасил румянец.
– И я, ваша светлость, – пропищала Амелия и тут же опустила глаза.
Графиня потерла руки.
«Вот было бы прекрасно, если Амелия вышла замуж за герцога. Какая отличная пара получилась бы», – подумала она.
Повисло неловкое молчание, и пожилая леди тут же пробормотала, довольно улыбаясь:
– Нам пора, мой мальчик. Мы будем вас ждать на праздник. Всего доброго, Велиус
– Обязательно навещу вас в столице. Всего доброго, миледи.
Герцог помог графине Дейтон, и ее дочери забраться в экипаж. Захлопнул дверцу, и он тронулся. Но не успел герцог развернуться и пойти к поместью, как снова услышал фырканье химер и вдали показался еще один экипаж.
– Проходной двор, а не поместье, – пробормотал себе под нос Велиус и стиснул зубы.
Тем не менее мужчина остался ждать. Он скрестил руки и прищурился.
«Карета без герба. Это еще кто?» – подумал Велиус.
Через мгновение рядом с ним остановился наёмный черный экипаж. Дверь открылась и тут же выпорхнула девушка. Нежно-голубое платье безупречного покроя, подчеркивало ладную фигуру гостьи. Белоснежные волосы, завиваясь, обрамляли узкое лицо. Карие глаза ярко сияли, в окружение чёрных ресниц. Весь её облик дышал тягучим очарованием, словно сама весна заглянула в гости.
– Роса? – шумно выдохнул Андертон. – Какого демона?
– Разве ты не рад меня видеть? – томно пробормотала красотка и повисла на его шеи. – Я так скучала, дорогой!
Герцог нахмурился. Этого еще не хватало, чтоб наречённая и любовница жили в одном доме? Он не пошевелился, не обнял Росу, но и не отлепил от себя.
– Разве я тебя звал? – взвился Велиус. Темные брови сошлись на переносице, а на губах заиграла ледяная улыбка.
– Не хмурься, любовь моя. Я здесь, чтобы тебя утешить, – промурлыкала женщина и припала к его губам. – Не будь букой и поцелуй меня скорее, а потом отправимся в твою комнату.
Женские руки тут же скользнули под пиджак и нащупали маленькие пуговицы батистовой рубашки. Пальчики расстегнули пару пуговиц и ловко скользнули внутрь, касаясь горячей мужской груди.
Именно в этот момент за спиной раздался шелест кринолиновых юбок и Нерине замерла. Зеленые глаза зло буравили пару. Надо же, нашли место! Прозрачные слезы застыли в глазах, и маркиза часто заморгала. Она почувствовала себя обманутой и грязной. Ком застрял где-то глубоко в горле, и она побрела обратно в дом.
Герцог выругался и отпрянул от девушки.
– Нерине! – позвал он и бросился следом. – Постойте!
Маркиза побежала. Все было так, как она и предполагала! Андертон не расстался со своей любовницей, еще и притащил ее в поместье. Нет, нужно уезжать домой!
Нерине корила себя за то, что подчинилась инстинктам. Первый, ей помоги! Она позволяла себя ласкать, целовать, как какая-то шлюха. А он и рад, очередная «победа», которая сама рухнула в его объятия. Сердце Нерине громко стучало, а в крови разливалась злость: на себя, на него и на эту глупую девку, которая объявилась в поместье.