В ближайшие три часа Нерине снова пробовала вывести чернила, а Аргус помогал.
Кирс влетела в комнату маркизы, весело сверкая карими глазами.
– Миледи, вы будете самой чудесной Шахрией.
– Нужно одеваться, Кирс, – выдохнула маркиза, совершенно не разделяя замечательного настроения горничной. – Пора собираться.
Кирс стала распаковывать костюм, который одолжила сестра, будучи служанкой одной из известных артисток королевства.
Горничная достала изумрудную вуаль, которая струилась словно шёлк. Изящный корсет-топ с полупрозрачными вставками, обшитый драгоценными камнями и пышные шаровары.
– Посмотрите, миледи, какая красота. У вас есть даже туфельки в тон.
Мягко улыбаясь, Аргус вышел, чтобы отдать распоряжение слугам и подготовить карету.
Кирс помогла одеться маркизе и расчесала тёмные волосы, цвета кофе, до тех пор, пока не стали блестеть. Она не стала собирать их в причёску, а просто распустила вьющиеся локоны.
– Вам идёт, – восхищённо прошептала горничная. – Как красиво.
Через час Нерине ехала на учёное собрание герцогини в костюме Шахрии. На плечи был накинут тонкий тёмный плащ, скрывающий наряд от взоров.
Учёный совет вдовствующей герцогини Хейдер проходил в великолепном городском особняке, который расположился в районе «Белого Берега». У главного входа толпились разноцветные экипажи приехавших учёных и гостей.
Накинув капюшон, маркиза в сопровождении служанки выскользнула из кареты. Кирс осторожно несла пачку исписанных листов подтверждающие опыты Нерине.
На входе гостей встречала хозяйка вечера – герцогиня Хейдер. Сегодня она была в нежно-голубом платье, которое освежала её лицо. Седые волосы были красиво убраны наверх. На шее сверкало сапфировое ожерелье, а пальцы унизаны перстнями. Маркиза ла Косс присела в реверансе. Окинув взглядом Нерине, она протянула ей руку.
– Дорогая, вижу твоё выступление сегодня запомнится всем, – проскрипела леди.
– Надеюсь, – хитро улыбнулась маркиза и отправилась в отдельную комнату, чтобы последний раз ознакомиться со своими набросками.
Огромный зал был оборудован под проведение подобных мероприятий. В светлой комнате стояли стулья с тёмно-коричневой обивкой, в несколько рядов, а перед ними массивная трибуна, где мог расположиться докладчик. Гостей было немного, в основном друзья участников собрания. Даже из Райдеро на это мероприятие приехал сам доктор Альбио, чтобы послушать молодые умы королевства.
В комнату быстрым шагом вошёл Андертон, неся с собой чёрного кота. Гости зашептались, потому что его посещения было довольно неожиданно. Сам десятый почтил их, а раньше Совет никогда не интересовался научной деятельностью. Он кивнул доктору Альбио и занял место в последнем ряду. Бадильяра посадил возле себя, на отдельный стул.
– Велиус, – ныл тихо кот. – Мне срочно нужно домой. Я умираю... от тоски...Не хочу эту нудятину слушать.
– Цыц, – одёрнул его Андертон.
– Да ты сам уснёшь, – ворчал демон. – Посмотри на них. Они даже выглядят скучно, – блеснув жёлтыми глазищами. – Пс-с-с… мы ещё можем сбежать, – доверительно пробормотал кот.
Герцог закатил глаза.
– Хочу знать, чем интересуется маркиза. Поэтому просто помолчи, – прищурился герцог. – К тому же тебе будет весьма полезно послушать нечто умное.
– Просто скажи, что пришёл попялиться на неё, – вздохнул Бадильяр. – Тогда в мои планы входит сон, – добавил кот и стал топтаться по стулу, пытаясь умаститься.
В комнату вошёл маркиз Зуш. Красивый молодой человек в белоснежном костюме, украшенный серебряными нитями. О его едкости в высшем свете ходили легенды. Казалось, лорд был мастером слова, и его остроты цитировали вместо шуток. У маркиза были почитатели, которые коллекционировали его высказывания. Немного опоздал граф Дейтон, главный предмет шуток маркиза Зуша в этом сезоне. Граф был точной копией, своей сестры Амелии (или наоборот?). Мышиный цвет волос и блёклые голубые глаза были фамильной чертой Дейтонов.
– Дорогие учёные и гости, – начала герцогиня Хейдер, – наше тридцать третье собрание объявляется открытым. Сегодня мы прослушаем семь докладов. И поскольку на тридцать втором собрании лучшим докладчиком был признан маркиз Зуш, то сегодня вам, мой дорого́й мальчик, оказан высший почёт – избрать лучшего из лучших.
– Почту за честь, мадам, – раздался бархатный голос остряка.
Герцогиня довольно кивнула.
– Тогда начнём, – хлопнула она в ладоши и села в первом ряду.
На собрание царила скука. Гости открыто зевали, а кто-то даже похрапывал. Бадильяр периодически ныл о бренности своего существования и откровенно поглядывал на выход, планируя побег. Звучащие заковыристые термины и названия растений, нагоняли скуку и на герцога, но он стоически терпел, надеясь увидеть наречённую и послушать её доклад. Ему действительно было интересно, над чем она работала, ибо живой ум и наблюдательность Нерине восхищали.