— Не двигайся, — шепчет она, сосредоточенно работая.
Я чувствую, как жидкость начинает слегка покалывать кожу, а затем словно бы покрывает её невидимой плёнкой. Через несколько минут старушка отступает на шаг и внимательно осматривает меня.
— Всё, готово. Теперь ты выглядишь как мальчишка, — улыбается она. — Никто не узнает тебя в таком виде. Но время у нас ограничено, иллюзия не вечна.
Старушка ведёт меня в сторону деревни, которая виднеется вдали. Мы идём по узкой тропинке, петляющей между холмов, поросших колючим терновником. По пути она рассказывает о том, как случайно подслушала разговор наёмников, направлявшихся в таверну "Толстый Льюис".
— Любопытство победило, я отложила свои дела, чтобы своими глазами посмотреть, что это за девица, что за ней послали таких матёрых головорезов, — говорит она, когда мы приближаемся к первым домам.
— Но почему? — шепчу я, чувствуя, как сердце снова начинает биться быстрее.
— Это мне неведомо, но если захочешь, я разузнаю, - отвечает старушка.
Чем ближе мы подходим к деревне, тем сильнее меня охватывает чувство тревоги. Неужели Алисия и правда хочет меня убить? Но я никак не могу понять, зачем ей это надо?
Наконец, мы добираемся до небольшой деревушки, лениво раскинувшейся на берегу реки. Старые каменные дома тесно жмутся друг к другу, а узкие улочки петляют между ними, словно ленты.
Старушка останавливается у входа в таверну "Толстый Льюис", представляющую собой мрачное двухэтажное здание с вывеской, изображающей толстого, ухмыляющегося мужчину.
— Помни, что бы ты ни услышала, ты не должна выдать себя. Не позволяй страху управлять тобой, — говорит она, сжимая мою руку. — Магией пользоваться умеешь?
Я отрицательно качаю головой.
— Понятно. Невеста? Впрочем, можешь не отвечать, и так всё ясно. Ну что, пошли?
Я киваю, глубоко вздохнув, и открываю дверь таверны. Внутри царит полумрак, воздух пропитан запахом дыма, пива и немытой посуды. За стойкой стоит толстый мужчина, оживлённо беседующий с посетителями. Он поворачивается ко мне, и на его лице расплывается ухмылка.
— Эй, парень, чего тебе нужно? — кричит он, подходя ближе, а потом, заметив за моей спиной старушку, добавляет: — У тебя встреча с этим бродяжкой, что ли, старая Марта? Я обычно, такое отребье в своё заведение не пускаю, но ради тебя сделаю исключение. Только садитесь за столик в углу, чтоб он своей рожей гостей мне не отпугивал.
— У тебя сегодня есть гости и пострашнее парнишки, — старуха разговаривает с ним, как со старым знакомцем.
— И не говори, принесла их нелёгкая на мою голову, - проворчал трактирщик, вытирая пот со лба. — Ладно, проходите, садитесь.
Старушка подмигивает мне и, взяв меня за руку, ведёт к столику в дальнем углу таверны.
Сердце колотится в груди так, что я боюсь, оно выскочит из груди. Что меня ждёт в этой таверне? Кто эти люди, которых наняла Алисия? И почему они хотят убить меня?
Я сжимаю кулаки, стараясь придать себе решимости. Я должна узнать правду. Я не поверю в этот бред, пока не услышу всё своими ушами.
Мы садимся за столик, и старушка, не дожидаясь, пока трактирщик подойдёт к нам, обращается к нему:
— Эй, толстяк, неси нам поесть, да побольше! Видишь, какой парень худющий, не чета тебе, небось и не помнит уже, когда горячее ел.
Трактирщик хмыкает, почесав затылок, и кричит на кухню:
— Патька, поторопись там! Две порции рагу с пылу с жару, да хлеба посвежее!
Старушка кивает ему в знак благодарности и, повернувшись ко мне, ласково улыбается:
— Не переживай, сейчас подкрепимся и всё выясним.
Я киваю, сглатывая комок в горле. Голод действительно даёт о себе знать, и я с нетерпением жду, когда же, наконец, принесут еду.
Вскоре на столе появляется глиняная миска, доверху наполненная ароматным рагу из зайчатины с овощами. Рядом с ней лежит круглая румяная краюха хлеба.
Я жадно накидываюсь на еду, не обращая внимания на жажду. Старушка же ест неспешно, маленькими кусочками, наблюдая за мной.
— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает она, когда я опустошаю миску и откидываюсь на спинку стула.