Последняя модель, в частности, восходит к демократическим и антитоталитарным тенденциям, возникшими в ходе Октябрьской революции, в периоды НЭПа, хрущевской «оттепели» и горбачевской перестройки в России, в условиях так называемой Пражской весны в Чехословакии, в ходе принципиальной борьбы с бюрократизмом в Китае, Вьетнаме, на Кубе. Итак, повторим: с одной стороны, речь идет о модели демократического социализма, которую пытаются воплощать в жизнь социал-демократические партии в Западной Европе, с другой, - о модели демократического социализма, контуры которой складывались и складываются в различные исторические периоды в странах «реального социализма».
Что в этих моделях является общим и в чем состоит различие? Прежде всего, обе эти модели исходят из признания таких известных социалистических ценностей как свобода, справедливость, солидарность, гуманизм. Однако, их философское обоснование различно: одни аппелируют к этике, другие ищут им материалистические и социальные основания. Для сторонников той и другой модели является предпочтительным демократический способ реализации этих ценностей: т. е. эти модели отрицают или подвергают принципиальной критике различные проявления тоталитаризма, будь то сталинщина, маоизм или полпотовщина.
Продолжая сравнение этих моделей, следует отметить, что для модели демократического социализма, разрабатываемой многими партиями Социнтерна характерен упор на постепенную эволюцию буржуазного общества и отрицание революционных средств его изменения. Они исходят из признания решающей роли государства в улучшении жизни трудящихся не в отдаленном будущем, а в реальной текущей жизни буржуазного общества. Это направление связывает осуществление своих ценностей и идеалов с «социальным государством», которое, абстрагируясь в своей деятельности от классовой природы общества, призвано «работать» в интересах всех слоев и классов общества. Опыт истории показал, что западные социал-демократы способны не только провозглашать идею реформирования буржуазного общества, но и обладают способностью реализовывать ее на практике. Это относится, прежде всего, к их успехам в области социальной политики, в отстаивании прав и свобод личности, реализации демократических институтов власти.
Похожие, но иные характеристики носит демократический социализм в бывших и существующих ныне странах «реального социализма». Так в Советском союзе интересен и во многом поучителен был опыт борьбы левой и правой оппозиции за демократические преобразования в партии и стране в послереволюционные годы. В условиях хрущевской «оттепели» мы имели такое позитивное явление, как борьба демократических сил в КПСС против «культа личности» и репрессивной политики Сталина. В условиях Перестройки был накоплен плодотворный опыт развития гласности и демократизации политической системы советского общества. В условиях современного Китая заслуживает пристального внимания и изучения проблема соединения частного интереса и общественного блага в экономической сфере, опыт решения сложнейших межнациональных проблем. В области социальной политики и самоуправления трудящихся имеет свои достижения социалистическая Куба. Нет сомнения, что современная теория социализма должна изучать и обобщать данный практический опыт. Современная социалистическая теория не может строиться только на опыте одной страны, как это было раньше. Она должна учитывать многообразие всех стран, строящих реальный социализм.
Требует также всестороннего изучения опыт взаимодействия двух вышеназванных моделей демократического социализма в практике взаимодействия коммунистических партий и западных социал-демократов в истории СССР, особенно в периоды разрядки международной напряженности и в годы перестройки. Мы имеем в виду, прежде всего проведение совместных акций в борьбе за мир и разоружение, решение экологических вопросов, обмен партийными и научными делегациями с целью развития социалистической теории и др. Этот небольшой, но ценный исторический опыт показывает, что в перспективе вполне возможно сближение этих разных моделей демократического социализма.