Хищник подошел ближе и, подняв какое-то маленькое устройство, нажал на кнопку. Позади Элл замерцал свет, и она, повернув голову, посмотрела в том направлении.
«Маскировочная голограмма». Иллюзия исчезла, и Элл увидела пост, мигающий и подсвечивающийся именно там, где он и должен был быть. Пост связи всей орды захватчиков.
В Элл вспыхнул гнев. «Так близко». Она чувствовала на полу что-то липкое и знала, что это кровь Маркуса. Элл подняла пистолет. Руки дико дрожали. Хищник повернул голову, а на морде расплылось нечто, напоминающее усмешку. Он двинулся вперед, не рассматривая Элл, как угрозу.
Слишком многие люди поставили на ней крест. Для отца Элл была недостаточно умна, для матери — недостаточно красива, и недостаточно обаятельна для жениха. Даже сама Элл в себя не верила.
До этого момента. До последних нескольких месяцев, за которые она стала частью команды, помогала другим и посвящала этому всю себя.
Теперь в ее руках была жизнь Маркуса. Дрожь исчезла. Элл спустила курок. Хищник споткнулся, а тело его содрогнулось. Она продолжала начинять тварь пулями, светящимися в полутьме золотом.
Рухнув на колени, ящер издал хрюкающий звук, заставивший Элл содрогнуться.
Пистолет у нее в руках щелкало впустую, и она посмотрела на него. «О, нет».
Рассмеявшись низким скрипучим смехом, от которого в жилах стыла кровь, хищник поднял оружие.
Почувствовав прикосновение к запястью, Элл мельком глянула вниз и увидела, что Маркус окровавленными пальцами вкладывает ей в руку свой гладиус. Черный. Большой и грубый. Меч воина.
— Убей. Его, — слова Маркуса были едва различимым шепотом.
Элл схватила нож и ринулась вперед. Хищник напрягся, и демонические глаза расширились за мгновение до того, как она вонзила лезвие в мягкую плоть его горла по самую рукоять.
Ящер издал ужасный булькающий звук, и Элл в нос ударило зловоние его дыхания. Оружие хищника с грохотом упало на пол. Когда он рухнул на спину, она оттолкнула его от себя и потерла ладони о бедра, чтобы избавиться от отвратительного ощущения чешуйчатой кожи.
Тогда Элл бросилась обратно к Маркусу.
«Боже, нет». Вблизи она видела разорванные погнувшиеся доспехи. Основную силу удара броня приняла на себя, но из-под нее торчал уродливый снаряд наподобие кости, а из раны хлестала кровь. Все было плохо.
Сорвав с пояса комплект первой помощи, Элл прижала к ране марлю, и Маркус застонал. Она подняла взгляд и увидела, что зеленые глаза наблюдают за ней.
— Маркус, прости меня.
— Не за что…извиняться…спаси…нас.
— Я должна была что-нибудь сделать, — свободной рукой Элл схватила его ладонь и прижала к своему сердцу. — Прости за то, что я такая трусливая. Я должна была…
— Ты его убила. Ты храбрая, — как же Маркус верил в нее.
— Я и через миллион лет не подумала бы, что тебя заинтересует женщина вроде меня, не говоря о любви, — Элл чувствовала, как по щекам текут слезы.
— Я очень тебя люблю. Прости, что не сказал этого несколько месяцев назад, — Маркусу удалось поднять руку к ее лицу и костяшками провести по щеке. — Я был трусом. Уверял себя…что не хочу пачкать тебя своими грубыми руками…
Схватив его за руку, Элл уткнулась щекой в горячую ладонь.
— Какой же ты дурак. Ты — очень хороший, красивый, бесстрашный мужчина.
— Элл. Ты должна заложить бомбу.
Она сглотнула болезненный ком в горле.
— Хорошо. Я сделаю это ради тебя.
Она помогла Маркусу снять сумку, и от каждого его содрогания или стона ей хотелось плакать. Расстегнув рюкзак, он извлек из нее сферическую бомбу. Устройство было не таким уж большим, но Элл знала, что оно снесет всю станцию. Она помогла Маркусу ввести код, и на предмете зажглись огоньки.
Элл отнесла взрывчатку к месту назначения. Активировались сильные магниты, и бомба, притянувшись к центру поста, начала гудеть.
Поспешив к Маркусу, Элл опустилась на пол возле него и переплела их пальцы. Ей было ненавистно видеть, как он обессилел у стены, а его губы скривились в гримасе боли.
— Теперь тебе нужно идти, — прошептал он.
— Нет, — у Элл вырвался лишь шепот. Мысль о том, чтобы бросить Маркуса, вызывала у нее приступ тошноты. — Я остаюсь.
— Черт, Элл. Я сражался, чтобы…защитить тебя. Уходи. Живи, — подняв руку, он попытался притронуться к Элл, но слишком обессилел и не сумел до нее дотянуться.
Элл затопило глубокое горе. Все просто не может закончиться так.
— Я хочу жить с тобой, а не без тебя, — она схватила Маркуса за руку.
— Я тоже, малыш, — стиснув ее ладонь пальцами, он разжал их. — Поцелуй меня. В последний раз. А потом уходи, найди Круза и остальных.
Элл наклонилась, не обращая внимания на текущие по щекам слезы, и припала к губам Маркуса. Здесь ей и предназначено быть — в руках этого мужчины.
Он отстранился.
— А теперь иди.
— Нет.
Маркус зарычал.
— Я хочу… — бомба издала громкий звуковой сигнал. Они переглянулись, и Маркус нахмурился. — Таймер не может сработать…не сейчас. Что, черт возьми, происходит?
— Не знаю, — сказала Элл.
— Беги!
Но она лишь придвинулась ближе.
— Я не могу тебя оставить.
— Элл… — в голосе Маркуса появилась настойчивость.
Из бомбы вылетела ярко-синяя вспышка, заливая комнату светом столь же ярким, как дневной. Глаза обожгло болью, проникающей до самого мозга, и Элл, сжав руку Маркуса, услышала его крик.
Когда свет погас, она почувствовала, как сознание ускользает от нее. Элл рухнула лицом в пол и провалилась в темноту.
Глава 17
Перед глазами Элл мелькали огни, но видение было расплывчатым и нечетким.
Даже шумы, достигавшие ушей, звучали приглушенно, словно через воду.
— Твою мать!
Ей слышался голос Круза, но она не была уверена. Когда над Элл нависло красивое лицо, она была не в силах ни двигаться, ни говорить.
«Маркус? Мне нужен Маркус».
Вокруг разговаривали люди, и уже перешли на повышенные тона.
— Мы теряем его!
— Нужно двигаться.
Слышалось рычание и гортанные крики хищников.
Элл чувствовала, как ее тело перемещают, но оно все еще ощущалось тяжелым, будто каждый мускул отлит из свинца.
«Маркус! Маркус!», — отдавалось эхом у нее в голове.
Веки Элл опустились, и больше она не сумела их поднять.
***
— Элли? Проснись, querida.
Из тумана ее вывел ласковый голос, и она поглядела на трубы, пересекающие потолок. Пошевелившись, Элл поняла, что лежит на койке.
В больнице. На базе. Она села, пытаясь распутать покрывающую ее простынь.
— Маркус? — где он? Взгляд Элл заметался и скользнул мимо Круза к рядам коек. Все были пусты и аккуратно застелены. Элл схватила Круза за рубашку. — Нет! — Маркус не мог умереть, когда она выжила.
— Хэй, успокойся, — Круз положил руки ей на плечи. — Ты получила очень сильный удар по голове.
— Маркус? — Элл увидела, как изможденное лицо Круза стало суровым. — О, нет, — покачав головой, она почувствовала, что по щекам потекли слезы. — Он мертв, — его Элл тоже подвела.
— Эй, — Круз стер большим пальцем ее слезу. — Не нужно плакать. Ты же знаешь, Маркус слишком крепкий, чтобы умереть.
Что-то внутри Элл взорвалось. Что-то яркое.
— Он жив?
— Да. Этот ублюдок удачлив, хоть и был на волосок от смерти, — Круз щелкнул ее по носу. — Мы нашли вас обоих лежащими без сознания. На бомбу установили защитное устройство, чтобы ее не отключили после того, как начался обратный отсчет. Она послала ударную волну, лишившую вас сознания. Маркус истекал кровью, мы потеряли его много раз… — Элл начала задыхаться, и Круз поспешил продолжить. — Я под завязку накачал его нано-лекарствами. Эти маленькие педерасты поддержали Маркуса достаточно, чтобы мы успели выйти и схватить найденных тобой детей до того, как бомба сделала ка-бум.