Немецкий социолог, кинокритик, писатель, публицист, один из самых влиятельных теоретиков кинематографа Зигфрид Кракауэр выявил взаимозависимость коммерческого кино и массовой психологии. Он утверждал, что кино верно отражает психологию масс со всеми ее темными сторонами и в то же время воздействует на ее формирование. Международный успех «Голубого ангела» Зигфрид Кракауэр объяснял тем, что Лола-Лола стала новым воплощением секса. Он отмечал, что загадочность героини усиливалась низким голосом Марлен Дитрих. В песнях о том, что ей интересно заниматься только любовью и больше ничем, голос Дитрих пробуждал у слушателей «ностальгические воспоминания и тлеющие надежды».
Фильм «Голубой ангел» и на немецком, и на английском языке до сих пор считается классикой. Он свидетельствует о мощи немецкой кинематографической школы первой половины двадцатого века, сумевшей практически моментально воспринять новые художественно-выразительные средства. С момента появления в кинематографе технологии озвучивания до производства «Голубого ангела» прошло не так много времени. Но в фильме произошел решительный отказ от «немой» актерской техники в исполнении ролей, были умело и гармонично использованы звуковые приемы. Его художественное значение высоко оценили Сергей Бертенсон – театровед, сценарист, переводчик, Владимир Немирович-Данченко – театральный режиссер, драматург, писатель, театральный критик, педагог, многие другие видные деятели театрального и киноискусства.
Однако избежать неоднозначных оценок этому блестящему новаторскому фильму Джозефа фон Штернберга не удалось. Показательно, что в пуританском американском обществе чувственность героини Марлен Дитрих вызвала негативные отклики. Так, С. В. Ковэн из Пасадены (Калифорния) называл поведение Лолы-Лолы оскорбительным.
В нацистской Германии фильм «Голубой ангел» посчитали выпадом против немецкой буржуазии, прежде всего против одного из руководителей UFA – Альберта Гугенберга, который являлся приверженцем национал-социалистической партии. Фильм «Голубой ангел» в 1933 году был запрещен в фашистской Германии, как и все произведения Генриха Манна. Однако, как известно, это не мешало Адольфу Гитлеру часто просматривать этот фильм в своем частном кинозале. Некоторые историки упоминают, что за несколько дней до самоубийства Гитлер очень огорчился, когда узнал, что Марлен Дитрих в форме американской армии перешла Рейн.
Сразу же после завершения съемок «Голубого ангела» Джозеф фон Штернберг вернулся в Соединенные Штаты Америки. Он должен был подготовить приезд Марлен Дитрих. Кроме того, он не желал просрочить возвращение из творческого отпуска. В этом случае UFA должна была бы совершить дополнительные выплаты американской студии Paramount.
Перед отъездом Штернберга состоялся большой прием для прессы. Лени Рифеншталь позже писала, что Джозеф пригласил ее пойти с ним на этот вечер. Однако потом извинился, что не сможет быть ее кавалером. Узнав, что он собирается войти в зал под руку с Лени, Марлен устроила ему сцену и даже грозила покончить с собой. Потому Лени появилась на приеме в сопровождении Георга Вильгельма Пабста. На фотографии того вечера Лени Рифеншталь снята рядом с Марлен Дитрих, которая запечатлена в прекрасном шутливом настроении, с трубкой во рту. Тут же и Анна Мэй Вонг, которая через два года будет великолепной партнершей Марлен Дитрих в «Шанхайском экспрессе».
«Я была его созданием»
Он умело дирижировал осветителями, рабочими, гримерами (которых ненавидел), статистами (которых любил) и нами, актерами (которых терпел).
Сотрудничество со Штернбергом стало поворотным моментом в жизни и творчестве Марлен Дитрих. С фильма «Голубой ангел», первого звукового фильма с ее участием, началась ее блистательная карьера в кино в роли роковой обольстительницы.
Марлен многое познала в своей профессии благодаря Джозефу фон Штернбергу, который щедро делился своими знаниями и профессиональными секретами. Зная о недостатках своей внешности, Марлен Дитрих оценила магию его мастерства. В использовании светотени она считала его равным Рембрандту. Она постигала его искусство постановки света на съемках. Позже, работая с режиссером Мамуляном над фильмом «Песнь песней», Марлен Дитрих однажды неожиданно вторглась в священнодействие режиссера и оператора. Она стала сама управлять освещением. В результате ее вмешательства съемочной группе явилась во всей своей красоте Лилия Шанхая. Осветители аплодировали актрисе стоя.