Марлен придумала новый тип платья, которое переливалось блестками и создавало эффект обнаженного тела. Платье имело шикарный вид, в чем и крылась суть эротического воздействия Дитрих. Модельер Жан Луи создал для нее несколько почти прозрачных платьев. Они выгодно подчеркивали красоту знаменитых ног и гибкость фигуры актрисы. Первое платье, созданное для сольных концертов в «Сахаре», называлось «Листья». Оно производило незабываемый эффект. Трико из плотного шелка телесного цвета плотно облегало фигуру Марлен и подчеркивало ее силуэт. Оно завершалось высоким воротником со стразами, обхватывающим шею. Трико было задрапировано полупрозрачной газовой тканью. Юбка и корсаж были расшиты длинными листьями из жемчуга. Для некоторых мизансцен использовалось манто, отороченное мехом. Этот наряд вызывал у зрителей мысли эротического характера.
Марлен Дитрих уделяла огромное внимание внешнему виду, потому что не питала никаких иллюзий относительно своего совсем не выдающегося голоса. Любая другая актриса не смогла бы реализоваться как певица. Но голос Марлен Дитрих дополнял ее драматический талант. Тембр голоса полностью соответствовал ее личности. В нем проявлялся и накопленный опыт, и очарование.
Дитрих с триумфом выступала в Лас-Вегасе и других городах мира. Состоявшееся 25 декабря 1953 года выступление 52-летней певицы произвело сенсацию. Марлен Дитрих подписала контракты с лондонским «Кафе де Пари» и кабаре в Монте-Карло. Примечательно, что в июне 1954 года в Лондоне костюмы, в которых Дитрих выступала в «Кафе де Пари», посчитали оскорблением нравственности. В английской прессе давались неодобрительные и даже грубые отзывы о ее сольных концертах.
На эстраде Марлен Дитрих не только выступала в роли певицы, но и была конферансье. Эстрада давала ей творческую самостоятельность, в которой она так нуждалась в своей актерской карьере.
Репертуар Дитрих составили песни из фильмов «Голубой ангел», «Марокко», «Дьявол – это женщина», «Дестри снова в седле», «Зарубежный роман». Почти все они были созданы знаменитым немецким композитором Фридрихом Холлендером.
В конце 50-х годов в аранжировке молодого американского композитора Берта Бакарака эти неувядаемые шедевры песенного искусства приобрели современную интонацию. Марлен почти не снималась в кино, а разъезжала по миру с концертами, которые можно назвать скорее встречами со зрителями. Шоу Марлен Дитрих имело громкий успех на всех континентах. Она обладала поразительной способностью покорять любую публику. Однако особое значение имели ее выступления в Германии и Израиле.
В 1960 году Марлен Дитрих приехала на гастроли в Федеративную Республику Германию. Она выступила 6 октября 1962 года в гала-представлении Детского фонда ООН – ЮНИСЕФ в Дюссельдорфе.
Детский фонд ЮНИСЕФ – специализированная структура ООН, созданная 11 декабря 1946 года. Является мировым лидером по защите прав и интересов детей, работает в 192 странах и территориях мира для защиты и поддержки детей с момента их рождения и до начала взрослой жизни. Она функционирует благодаря взносам правительств и частных доноров.
На родине ее встречали по-разному. Можно считать отношение немцев к своей знаменитой соотечественнице своеобразным водоразделом между противниками и сторонниками нацистских идей «Великой Германии».
К этому времени прошло пятнадцать лет после окончания, больше двадцати лет с начала Второй мировой войны, почти тридцать лет с момента, когда немцы приветствовали приход к власти в стране фашистов. Но в Германии все еще хорошо помнили антифашистские позиции Марлен Дитрих и то, на чьей стороне она находилась в цивилизационном противостоянии, на каких фронтах проходили ее военные гастроли. Немцы в начале шестидесятых годов не простили Марлен Дитрих ее выбора, оказав ей более чем холодный прием. Отношение к актрисе является ярким свидетельством того, какие ценности исповедовала Западная Германия в шестидесятые годы. А также то, что немецкая нация была еще далека от адекватного понимания сути катастрофы, которая с ней произошла.
В Дюссельдорфе молодая женщина плюнула Марлен Дитрих в лицо, а во время выступления в нее бросили яйцо. В Берлине, родном городе актрисы, многие протестовали против ее концертов. Немцы, как и в годы фашистского режима, по-прежнему видели в ней «предательницу отечества».
Правда, в Западном Берлине правящий бургомистр Вилли Брандт, который бежал от нацизма в эмиграцию, организовал официальный прием для знаменитой актрисы. Но этого было слишком мало, чтобы считать немцев обманутыми жертвами фашистов. И «слезы высохли», как Марлен сказала: не оплакивать следовало Германию, а помочь ей осознать меру своей вины и ответственности за то, что произошло со страной.