Таким образом, на всем участке своего наступления 5-я армия столкнулась с крупными силами противника и была ими задержана. Эти силы принадлежали к составу 1-й и 2-й германских армий. Нам необходимо теперь ознакомиться с их расположением 6 сентября южнее Марны.
Мы уже знаем, что 2-й и 4-й корпуса 1-й армии 6 сентября были отозваны Клуком на северный берег Марны.
3-й корпус 6-го утром начал было отход в район Ла Ферте, когда командир 9-го корпуса обратился к нему с просьбой о помощи, сообщая, что он атакован французами. В 13 часов командир 3-го корпуса ген. Лохов отдал приказ обеим своим дивизиям наступать к югу. Части корпуса продвинулись несколько вперед, но были задержаны огнем неприятельской артиллерии.
Между тем ген. Кваст, командир 9-го корпуса, отдал приказ о наступлении еще в 10 часов 30 минут 6 сентября. Его левофланговая дивизия достигла шоссе Курживо — Сезанн, но дальнейшее продвижение оказалось невозможным; части окопались и весь день удерживали свои позиции под сильнейшим огнем неприятельской артиллерии. К востоку от Эстернэй немецкие части в упорном сопротивлении удерживали замок.
Части наступавшей правофланговой дивизии достигли дороги и под сильнейшим огнем противника стали наступать дальше на юг, продвинувшись на 600–700 м от дороги. Здесь линия трех полков залегла под ураганным огнем, сила которого, по словам очевидцев, превосходила все пережитое. В 86-м полку около 700 «стрелков королевы», как они назывались, остались лежать на месте. Не выдерживая огня, части стали беспорядочно отходить обратно. Артиллерия, застрявшая в тылу, не оказала никакой поддержки пехоте. Немецкий историк пишет: «Отступление 31-го, 84-го и 86-го пехотных полков, вызванное отсутствием артиллерийской поддержки, подавило дух войск. Впервые за всю войну не смогли удержать захваченную местность».
2-я германская армия, под командованием ген. Бюлова, насчитывала 6 пехотных, 2 резервных и 2 кавалерийских дивизии. 5 сентября все ее корпуса — 7-й, 10-й резервный, 10-й и Гвардейский — перешли Марну и, продолжая движение на юг, к вечеру вышли примерно на линию Малого Морэна. Получив указание главной квартиры от 4 сентября стать фронтом к Парижу между Сеной и Марной, Бюлов, однако, отдал приказ о «безоглядном преследовании» противника, отступающего, по его убеждению, за Сену.
6 сентября левофланговые корпуса, гвардейский и 10-й ввязались в тяжелые бои, о которых мы скажем ниже. Наступавший правее 10-й резервный корпус перешел Малый Морэн. Однако наступавший с юга противник, после ожесточенных боев, выбил немцев из захваченного ими участка; при этом 2-я гвардейская дивизия понесла весьма тяжелые потери. Неудача 2-й гвардейской дивизии объясняется недостаточно активной поддержкой ее артиллерией. Французская артиллерия, заняв заранее подготовленные позиции, вела столь «подавляющий огонь, что трудно представить себе» (воспоминание очевидца).
Немецкие корпуса на Большом и Малом Морэнах оказались 6 сентября вовлеченными в тяжелые бои, в ходе которых они лишь в отдельных пунктах незначительно продвинулись вперед, а в других пунктах были даже отброшены назад. Битва здесь разгорелась внезапно, в неясной и запутанной для немецкого командования обстановке. Особая сложность возникшего пополнения состояла в том, что ввязавшиеся в бой корпуса принадлежали к составу двух армий, командующие которыми подходили к оценке этого пополнения с различных точек зрения.
Что касается 1-й германской армии, то 6 сентября ее силы, разбитые на две группы, оказались атакованными одновременно на двух флангах: севернее и южнее Марлы. Между этими группами образовалась брешь протяжением около 50 км. Такое опасное положение создалось благодаря внезапности ударов, нанесенных противником, и возникшей в силу этого растерянности командования 1-й армии, которое не приняло ясного и твердого плана действий.
Удар со стороны Парижа сыграл роковую для немецкого командования роль не столько потому, что он был опасен сам по себе, сколько потому, что командование 1-й армии не знало, с какими силами оно имело дело и насколько серьезна угроза, нависшая над ним севернее Марны. Утром 6 сентября Клук считал, что трех корпусов, двинутых на фронт к р. Урк, достаточно для отражения удара французских сил со стороны Парижа. Что же делать в таком случае с двумя корпусами, оставшимися южнее Марны? Мы уже знаем, что Клук подтягивал 3-й корпус к северу; 9-й корпус должен был последовать за ним, чтобы выполнить директиву главного командования от 4 сентября.