– Ну, я только на лицо сделаю, чтобы он сохранился, больше ничего не могу. Вам далеко его везти?
– В Опольск, за тысячу с лишним километров. Сколько?
– Да сколько не жалко, пройдемте.
Санитарка зашла в морг и взяла с каталки у стены прямоугольник сложенной в несколько слоев марли и пузырек. Затем открыла холодильник и, включив в нем свет, подошла к телу отца. Она положила марлю ему на лицо и сверху стала поливать ее из пузырька. Саша смотрел на нее и вдруг почувствовал знакомый запах формалина. Это был даже не запах, а тяжелый горький воздух, который жжет горло изнутри.
Саша, пока санитарка занималась этой процедурой, отсчитал около двухсот рублей. В кармане остались только тысячные купюры, и он решил: «Хватит, здесь доходы маленькие и расценки тоже. Много давать нельзя. Какой кислый от нее запах. Она наверняка алкоголичка, а завтра она нужна мне трезвая». Санитарка вышла из холодильника, выключила свет и пошла выключать его в других помещениях. Саша ее ждал. Когда она подошла к нему, он отдал ей деньги, которые она, не считая, положила себе в карман белого халата подкурткой:
– Спасибо, – ответила она, а Саша спросил: – Вы завтра будете в состоянии?
– Что? Да как вы можете?
Саша увидел, что она не на шутку обиделась: «Ну, ничего, она меня поняла».
– Извините меня, пожалуйста, – быстро и как можно мягче, ответил он, – я сейчас плохо соображаю, извините меня еще раз.
– Ничего, ничего, я понимаю, – тоже мягко ответила она. – Вы думаете, я пью, но не переживайте, завтра я с утра буду здесь, только обязательно заезжайте за мной.
– Хорошо, ну мы поехали. Может, вас подвезти?
– А что у вас там? – спросила она, указывая на салон «Газели», в которой сидел Сергей.
– Гроб.
– Нет, я уж сама как-нибудь дойду.
– Ну ладно, до завтра, – ответил ей Саша и прошел к машине. В кабине Сергей спросил его:
– Ну что?
– В гарнизон. Не получается взять справку о смерти. Все как крысы, не того боятся. Но, естественно, задержку я компенсирую, стол за мой счет.
– Эх, я же знал, что так дело не закончится, – печально ответил Сергей.
– Ну, ничего, зато отдохнешь нормально перед дорогой.
– Да ладно, что я не понимаю. Поехали. Куда?
– Назад, до поворота. Теперь я дорогу знаю наизусть, не заблудимся. Сергей включил дворники, чтобы расчищать ветровое стекло от налипающего снега.
– Вот валит-то.
– Да, очень сильный снегопад.
Медленно они выехали с территории больницы и поехали из города. У Саши зазвонил телефон:
– Саша, это Лера. Ну, вы где?
– Выезжаем из Вдовска, будем через минут двадцать.
– Поняла, ну я звоню на КПП.
– Конечно, пусть пропускают.
Саша смотрел на дорогу, курил сигареты:
– Блин, ненавижу врачей. Как можно такими быть?
– Ну почему, может, они не такие уж и плохие, – ответил ему Сергей.
– Думаешь? – печально сказал Саша. – Все, что я знаю, так это то, что в нашей стране болеть нельзя. Если здоровье отказывает, то это конец.
Сдохнешь либо в очереди, либо сам врач залечит. Знаю я, как там дело было. По прибытии на место происшествия любое должностное лицо обязано оказать медпомощь. Скорее всего, в новогоднюю ночь приехала бригада «Ух». Увидела двух стариков в непрестижной «четверке» и молодую бабу с живым супругом в иномарке. За стариков никто не вступится, подумали они, и их просто оставили на месте, даже не приступив к реабилитационным мерам. Тем более не отвезли в реанимацию. Отец ведь умер не сразу на месте, он был еще жив. У него даже сейчас лицо не потерявшего сознание человека. У нас тоже были случаи, когда люди просто замерзали и истекали кровью, а «скорая» молча за этим наблюдала. Вот к примеру: с момента распада Союза не было ни одного дела, возбужденного по инициативе морга по факту неоказания медпомощи или ненадлежащей медпомощи, а ведь вскрытие – это на настоящий момент самая точная область медицины, вскрытие показывает все. Но можно что-либо доказать только по инициативе родственников и если вскрытие делает независимая экспертиза, например в другом регионе, и только за очень большое неофициальное вознаграждение. Поэтому они сейчас и ссут, никаких документов не дают. Мне не позволяют вывести тело, чтобы сделать вскрытие в другом регионе. Никто и никогда не поставит мне на документ гербовую печать. Сторонний морг примет тело только при наличии гербовой печати, но похоронить по обычной справке о смерти можно. Понимаешь, Сергей, я прекрасно знаю, какие коновалы работают в приемном покое БСП [12] , особенно в приемном отделении, а если смерть происходит в операционной, то тело сразу же направляется в морг на вскрытие, и доступа к нему ни у кого нет. А вскрытие делают сразу же и почти те же врачи. Огромное количество врачебных ошибок ни разу не было выявлено, а тем более официально сотрудниками морга. Ты можешь себе представить, чтобы в нашей стране после развала Союза не было врачебных ошибок? Точнее, быдла со скальпелем в руках, убийц, которые настолько циничны, что убивают только по собственной необразованности. А еще проще дождаться, пока человек помрет до приезда в больницу, тогда даже тело в больницу не нужно везти, а можно списать все на смерть до прибытия «скорой».