Он посмотрел на карту Касабланки. Отель «Four Seasons» находился на восточной стороне.
на окраине города, недалеко от множества баров и ресторанов на набережной Корниш. Идти было слишком далеко, но Кэррадин отправился пешком, намереваясь поймать такси по дороге. Он ничего не взял с собой, кроме кошелька, телефона и конверта с деньгами. На нём была тёмно-синяя льняная куртка, и он шёл, застёгивая и кошелек, и конверт во внутренние карманы. Было всё ещё очень жарко, но он не хотел снимать куртку и рисковать, что её схватит какой-нибудь предприимчивый вор.
Он быстро оказался в лабиринте узких, обветшалых улочек старой медины к западу от порта. Это был Марокко, каким он его себе представлял: низкие кирпичные дома, окрашенные в бледно-зелёные, синие и жёлтые тона, с закрытыми окнами и осыпающейся штукатуркой. Он достал телефон и начал фотографировать в угасающем вечернем свете, писатель внутри него понимал, что детали того, что он видит – деревянные телеги, нагруженные свежими фруктами и специями; старушки, обмахивающиеся веером в затенённых дверных проёмах; оборванные дети, гоняющие футбольный мяч на улице, – могут когда-нибудь пригодиться ему. Одновременно он работал над своим прикрытием. На тот небольшой шанс, что за ним следят, у С.К. Кэррадина был карт-бланш на то, чтобы шпионить, быть замеченным за фотографированием и строчащими записки, слоняться по вестибюлям пятизвёздочных отелей или встречаться с контактом в фешенебельном ресторане. Если бы его попросили объяснить, почему он нёс с собой 3000 евро наличными, он мог бы сказать, что не полностью доверял сейфу в отеле и предпочитал носить личные вещи с собой. Его легенда была безупречной. В конце концов, именно поэтому его и наняла компания Mantis.
Кэррадайн выстраивал фотографию ржавеющего грузовика, груженного арбузами, когда увидел на экране сообщение WhatsApp от Мантиса.
Планы изменились. Встреча в отеле Sheraton, а не в 4 Seasons. Приносим извинения за неудобства.
Он подумал, не стал ли он жертвой хитроумной шутки. Рамон остановился в «Шератоне». Был ли этот испанец Мантисом связным? Кэррадин надеялся, что это место — просто странное совпадение, следствие скудного количества высококлассных отелей в Касабланке, но не мог отделаться от шестого предчувствия, что Рамон и Мантис как-то связаны друг с другом.
Может быть, Мантис организовал им полёт одним рейсом, чтобы Рамон мог за ним присматривать? Узнать это было невозможно.
Кэррадайн оглядел улицу. Он стоял на краю оживлённой рыночной площади, в воздухе витал запах мяты и горящего угля. Узкие извилистые улочки старого города закружили его; он понятия не имел, смотрит ли он на север, юг, восток или запад. Он воспользовался телефоном, чтобы определить своё местонахождение.
Он занял позицию и направился в сторону отеля «Шератон», в конце концов найдя выход из базара через старые стены Медины. Двадцать минут спустя Кэррадин стоял на ступенях отеля. Было около восьми часов. Скучающий охранник в форме показал ему, что ему следует пройти через металлоискатель. Кэррадин так и сделал. Несмотря на то, что при его проходе сработала сигнализация, охранник в перчатках и с пластиковым жезлом в руке махнул ему рукой.
Вестибюль отеля представлял собой просторный мраморный атриум, украшенный пальмами и широкими мраморными колоннами. С мезонина открывался вид на первый этаж.
Уборщица протирала вазу у окна отеля, выходящего на улицу. Кэррадин знал, что Рамон, возможно, потягивает предобеденный мохито или чашечку кофе в одном из уголков вестибюля. Он не хотел, чтобы испанец заметил его и завёл разговор. Он не доверял ему и был уверен, что жизнерадостность Рамона – лишь ширма, скрывающая его вспыльчивый, возможно, даже жестокий характер. Ему пришло в голову, что он оказался втянут именно в тот сценарий, о котором много раз писал в своих романах. Шпион – любитель или нет – всегда рисковал столкнуться с другом или знакомым в полевых условиях. Кэррадин быстро подготовил легенду, на случай, если его опознают, и направился к стойке регистрации.
Если бы он драматизировал эту сцену в одном из своих романов, он бы больше передал чувство трепета, которое испытывал его главный герой, приступая к выполнению своего первого задания от имени Службы. На самом деле Кэррадайн нашел задачу почти до неловкости легкой. Он подошел к самой молодой — и, следовательно, потенциально наименее опытной — из трех сотрудниц, тепло улыбнулся ей, объяснил, что хочет оставить посылку для одной из постоялиц отеля, и протянул ей конверт. Администратор узнала «Абдуллу Азиза» как имя гостя, положила конверт в ячейку под стойкой и не спросила у Кэррадайна его имени. Он так и не увидел Рамона или кого-либо еще, кто мог бы предположительно быть ожидающим Азизом. Все было очень просто.