– Где же ваш лом?
– Придет черед и лому. Но – вдруг детали подойдут? Очень, знаете, хотелось бы. Так вот, я подумал: раз никаким известным способом весть до англичан дойти не могла, а она все-таки дошла, значит дошла она способом доселе неизвестным. Меня учили: если все варианты, кроме одного, невозможны, то этот единственный вариант, каким бы невероятным он ни казался, и произошел в действительности.
– Неизвестный способ… Знаете, не убеждает.
– Был неизвестный, станет известным. Шило в мешке утаить можно, если постараться, но способ передачи информации – нет. Потому что о нем знают минимум двое – передающий и принимающий. Тайна двоих – уже не тайна. А если до газет дело дошло…
– А какой способ все-таки?
– Почти волшебный. Способ, в который никто не верит, потому и не ищет. Беспроволочный телеграф.
– Экий вы сочинитель, господин капитан! Таланты в землю зарываете.
– Бывает, и зарываем. По вынесении приговора.
– Пугаете.
– Предупреждаю. Впрочем, таланты сейчас в цене, и всякие мелкие шалости им порой прощаются. По недомыслию которые.
– Приятно слышать. Но только я-то здесь при чем?
– Так ведь вы, глубокоуважаемый Кирилл Петрович, беспроволочный телеграф и открыли. Во всяком случае, я очень на это надеюсь.
– Надеяться, конечно, я вам запретить не могу.
– Только у вас имеется, пусть и относительная, свобода проведения научных разработок. Все остальные работают по планам сверху, и у них просто нет возможности хоть что-нибудь сделать вне плана. А у вас есть.
– А воду в вино я не превращаю? Мертвых не воскрешаю?
– Не надо, Кирилл Петрович. Сейчас сюда прибудет парочка экспертов с Земли, и, думаю, они найдут в вашей лаборатории нечто любопытное.
– Вы смеете…
– Еще как смею.
– А если не найдут? Искать заведомо несуществующую вещь… И не подбросишь. Да любой ученый просто высмеет саму идею. Беспроволочный телеграф, надо же… – Академик рассмеялся. Слабо и неубедительно.
– Я ведь не маститых старцев в эксперты взял, Кирилл Петрович. Выпускников Петроградского политехнического, альма-матер. Ребята молодые, глаза не зашорены. Найдут.
– Когда найдут, тогда и поговорим.
– Тогда поздно будет, Кирилл Петрович. Люди ведь гибнут.
– Не понял, о чем вы?
– Кирилл Петрович, как вы думаете, почему англичане опубликовали сообщение о Свотре? Из человеколюбия? Вы, я понимаю, движимы самыми высокими чувствами. Английские ученые на станции Берд, возможно, тоже. Год назад вы виделись с ними, говорили, делились идеями и беспроволочный телеграф открыли, похоже, одновременно. Примеров параллельных открытий в науке тьма. Ломоносов – Лавуазье, Бойль – Мариотт, Уатт – Ползунов, Черепанов – Стеффенсон. Леонидов и мистер Икс. Так вот, вас, как человека интеллигентного, совестливого, просто честного, гибель людей возмутила. Вы сообщили об этом англичанам. Те – в Лондон. Появилась публикация. А дальше – что?
– Что? – переспросил Леонидов.
– Сообщению-то цена – грош. Источник не указан, значит – поклеп, навет.
– Но ведь…
– Но ведь люди погибли, это вы хотели сказать? Совершенно верно. И поэтому источник информации начали искать. Прежде всего допросили людей на Пулковской станции перемещения. Двенадцать человек запишите на свой счет, Кирилл Петрович. На очереди – отбывшие с Марса за последний год. Затем придет черед живущих здесь. Всех, от последнего поселенца до первого вожака. Вы что, действительно думаете, что в Департаменте будут интеллектуальные загадки решать, что да как? Метода простая – допрос расширяющимися кругами. Тысячу человек сломать? Сломают столько, сколько сочтут нужным. И когда очередь дойдет до вас, вы расскажете все. Обязательно расскажете. Любой расскажет. Только допрошенные до вас – вы ведь действительно их не воскресите. Пока будут идти массовые допросы, пока подберут новую администрацию, пока пришлют новых поселенцев – вся деятельность на Марсе будет стоять. Добыча русина приостановится, остановится производство красной стали, армия недополучит десятки, а может быть, сотни бронеходов. Вот зачем англичане и опубликовали сообщение, переданное вами, вот почему они пока держат открытие беспроволочного телеграфа в тайне.
– Это… Это шантаж, милостивый государь!
– Не знаю. Вряд ли. Просто обрисовываю положение вещей. И даю советы.
– Какие такие советы?
– Полезные. И приятные. Вы сообщаете всему миру о своем открытии. Приоритет за Россией! Становитесь национальной гордостью державы. Получаете уйму научных премий и всеобщее признание. Разумеется, возвращаетесь на Землю, создаете институт, сможете взять сотрудников отсюда, из Алозорьевска. И работаете, работаете, сколько душе угодно. Плохая перспектива для ссыльного ученого?