Едут и смеются, пряники жуют!
Лесополоса приближалась, но вертолет рос на глазах. Десять километров и проехали, если спидометр не врет.
Машина подъехала к проходу в посадке, и тут же полыхнуло сверху. СНРС, самонаводящийся реактивный снаряд.
Петров выпрыгнул из кабины сжавшись, чтобы ничего наружу не торчало, но земля – что рашпиль, я колобок, колобок, рядом грохнуло, сквозь зажмуренные веки коротко вспыхнуло, а дальше – тьма.
Милостивые государи и государыни!
Мое сегодняшнее сообщение целиком и полностью посвящено одной-единственной теме – судьбе проекта «Опытная Делянка».
Немного истории. Появление атомного оружия поставило перед правительством нашей страны вопрос: что будет, когда, переждав положенный срок, «члены» выберутся на поверхность? Кто и как встретит их? Сохранится ли иерархия общества, или будет ждать неуправляемая одичавшая стая? Согласитесь, обидно решительным ударом сокрушить противника, а в награду остатки собственного же народа вдруг забросают камнями или, того хуже, съедят? Стоит ли затеваться, кровь проливать?
Сценарии теоретиков не внушали доверия взыскательным заказчикам: они знали истинную цену исполнителям, их стремлению угадать желаемый результат и подогнать ответ. Критерием истины признан опыт, его решили поставить, так и родилась «Опытная Делянка».
Порожденная атомным проектом, она зажила своей особой жизнью, представляя собой секрет секретов, знание которого было знаком доверия, исключительного, как мера наказания.
Место подобрали без труда – в стране практически отсутствовали, да и по сей день отсутствуют, правдивые карты местности, обладание же топографической картой расценивалось как тягчайшее государственное преступление. Огромные площади вообще не указываются на картах, искажения вменялись в обязанности картографов «с целью введения в заблуждение вероятных противников, шпионов и диверсантов». Порой нежданную выгоду получал и народ – колхоз распахивал неучтенные гектары, чем и кормился. Но это так, к слову.
«Опытную Делянку» наметили разбить в тогда еще Меньжинской области. Среднерусская полоса, плодородие почв и климат, близкий с Подмосковьем. Район вокруг «Делянки» пропололи, часть жителей по оргнабору вывезли на стройки, другим просто дали паспорта и отпустили в город счастья искать, третьих сослали, четвертых посадили, пятых… Предлог для выселения нашли простой – великая тройка. То ли завод секретный вырастет, то ли море рукотворное.
Село, особенно сороковых-пятидесятых годов, – тот же лагерь. Работы много, тяжелой, изматывающей, дисциплина казарменная, выходной – слово неизвестное, и что происходит за двадцать-тридцать километров, никого особенно не интересует. Не до того.
Заселили «Делянку» простым проверенным способом: похватали крестьян семьями из московской, тульской, калининской областей – за анекдоты, недоперевыполнение трудодней, кулацкие настроения, проживание под немцем, да и просто так – контингент требовался среднестатистический и состоять должен был в основном из законопослушных граждан. Объявили амнистию, лагеря заменили коротенькой ссылкой, не в Сибирь, не в Казахстан, а рядышком, поблизости. Наверное, радовались мужики, что отделались испугом – привезли не на голое место, а почти домой: колхоз – он везде колхоз. Через месяц, перезнакомясь и пообвыкнув, и не могли сказать, отличается ли новая жизнь от старой хоть чем-нибудь. Разве что письма к ним не доходят, так кто станет в своем уме писать осужденным?
Наблюдение за «Делянкой» осуществлялось как изнутри, штатными и нештатными сотрудниками «органов», так и снаружи – наезжавшими «уполномоченными» и прочим начальствующим людом, а в действительности – кадрами проекта.
Бомба, взорванная над «Делянкой», относилась к маломощным, порядка трех килотонн. В областном «Коммунаре» появилась заметка о взрывах в интересах народного хозяйства, а также о смерчах и ураганах. В селах близ «Делянки», то есть на удалении тридцати километров, кое-где повылетали стекла – и только.
Самой «Делянке» повезло меньше. Предупрежденные воздушной тревогой – время-то суровое, послевоенное, – люди попрятались по погребам – те, кто не нес трудовую вахту на полях страны. Из полутора тысяч уцелело около трехсот, из которых половина скончалась в первые недели после взрыва. Наземный, он вызвал радиоактивное заражение в эпицентре. Людям объявили – новая война. Страны НАТО напали на нас. Никто не удивился.