– Такая бомба действительно реальна?
– Наши эксперты утверждают, что теоретически она может существовать.
– Тогда почему ее нет у нас? Почему мы тратим кучу денег на подсматривание в щелку, вместо того чтобы самим создать такие бомбы? У нас нет ученых?
– Я сказал – теоретически, сэр. Как раз в соответствии с теорией того господина, который дожидается за дверью. Но для создания этой бомбы нужны материалы, которых у нас попросту нет. Единственное известное месторождение – вернее, неизвестное, это тайна тайн России – находится на Камчатке. Министерство геологии делает все, что возможно, десятки экспедиций работают во всех частях света, но чего нет, того нет.
– Плохо искали. Ладно, что толку говорить об этом сегодня. Позовите мне ваших гениев.
– Да, сэр. – Хейз пошел к двери. Оборотная сторона секретности – все приходится делать самому. Дедушка на побегушках. Пионерская простота. В прериях Белого дома. Неплохое название для мемуаров, нужно запомнить.
– Заходите, господа, президент ждет вас.
Ни следа недовольства не осталось на лице ФДР, сплошная неподдельная, стопроцентная радость.
– Добро пожаловать, извините, что заставил вас ждать. Рутина, господа, в отличие от вас нам приходится заниматься скучными и простыми вещами. – Перед ФДР были не просто ученые, а избиратели. Через три года – выборы. Истинный политик любит голоса. Обязан любить. Не людей, это как раз необязательно, но – голоса.
Старший из ученых что-то пробормотал в ответ, молодой просто смотрел по сторонам. Да, это не Овальный кабинет. Скорее, параллелепипедный. Хейз поморщился, мысленно проговаривая неуклюжее слово. Нет, шутка не привьется, не стоит и пробовать.
– Да, в это почти невозможно поверить! – с энтузиазмом продолжал ФДР. – Вы создаете мечту!
– Я польщен столь высокой оценкой наших скромных достижений. – Старый физик быстро ориентировался. Предыдущий хозяин Белого дома встречался с Эйнштейном практически постоянно, за исключением последних месяцев, проявляя самое пристальное внимание к ходу работ по созданию Машины. Чуть-чуть не успел, а теперь, как частное лицо, Кулидж вряд ли имеет доступ к самой секретной программе всех времен и народов.
– Скромных достижений! Нет, вы, люди науки, – самые поразительные создания мира! Если это для вас – скромное достижение, то мне просто страшно представить, что для вас достижение нескромное!
– Мы сейчас делаем первые шаги, понадобится очень много труда, чтобы довести проект до конечной стадии, – седовласый ученый брал быка за рога.
– Да, я понимаю, труда и ассигнований. Что ж, труд – по вашей части, а за средствами дело не станет. – ФДР умел обещать. Надеюсь, они не принимают его слова за чистую монету, подумал Хейз. Бюджет, бездефицитный бюджет мог в любое мгновение переломиться, как спина перегруженного верблюда, а пятнадцать миллионов долларов, необходимые для продолжения проекта, – та еще соломинка.
– Но вы, как я понял, пришли не за деньгами.
– Да, сэр. Машина, пока и несовершенная, уже действует, и полученные материалы явились причиной нашего визита сюда.
– Я весь внимание, господа.
Они расселись. Кресла, новомодные, сталь и кожа, оказались, как ни странно, довольно удобными.
– Я хочу вам напомнить, сэр, что мы разработали аппарат для перемещения по координатам всех измерений.
– Совершенно, совершенно фантастический проект. Но вы его осуществили!
– Спасибо, сэр. Теоретическая предпосылка для создания подобного аппарата открыта более двадцати лет назад…
– Вами, уважаемый профессор.
– Спасибо еще раз, господин президент. – Физику явно не нравилось, что его перебивают, пусть даже и комплиментами. – Наша основная проблема в том, что перемещение требует огромного количества энергии.
– Масса равна энергии, деленной на квадрат скорости света, – блеснул эрудицией президент. По крайней мере, он помнит то, что прочитал четверть часа назад.
– Совершенно верно. Поэтому переместить сколь-либо весомый предмет практически пока недоступно.
– Мне нравится ваше «пока».
– Но перемещение объектов, не имеющих массы покоя, уже в нашей власти. Другими словами, мы можем получать визуальное отображение любого объекта, координаты которого нам известны. Это, разумеется, также требует соответственного расхода энергии, но технологические проблемы с успехом разрешены.
– И много энергии расходуется? – с невинным видом спросил ФДР.
– Требуется мощность Ниагарского водопада.