Алин входит, окидывает комнату взглядом, несколько секунд изучает многочисленные экраны и голографические подставки, встроенные в обстановку, идентифицирует дверь, ведущую в комнату Тэм, – круглый вход, по которому интерфейс дополненной реальности отказывается выдавать детали, – и добавляет мысленные комментарии и закладки к различным элементам декора. Валькариан садится за свой рабочий стол, а Карлос небрежно устраивается на стуле напротив нее. Между ними идет борьба, кто подчинится последним, но эта игра больше в интересах Карлоса, которому нечего терять. Если Валькариан не хочет испортить отношения со своим всемогущим нанимателем – если только они чего-то не знают, – ей выгоднее быть им полезной.
– Ладно! – произносит Карлос, в знак примирения раскрыв обе ладони. – Начнем сначала, если позволите, поскольку мы с коллегой немного взволнованы… всем происходящим, понимаете? – Он вновь улыбается ей. – Интерфейс, к которому вы так любезно меня направили, – он стучит себе по виску, – не очень многословен на ваш счет. Вы… состоите на службе у семьи вот уже двадцать лет, и…
– Нет, – тут же прерывает его Валькариан. – Не у семьи как таковой. – Она вступает в игру, что успокаивает Алин. – Я отвечала за здоровье родителей Тэм, прежде чем посвятить себя здоровью их дочери.
Карлос размышляет: ему необязательно подключаться к базе, чтобы узнать, что второй родитель Тэм умер от старости в возрасте более 150 лет благодаря историческим достижениям своей компании. Кадры похорон, наводнившие в свое время сети, отпечатались в памяти…
– С самого рождения?
– С самого рождения. – Карлос и Валькариан временно сложили оружие. – Тэм не должна была появиться на свет.
Алин поворачивает к ней голову, поскольку не поняла по тону доктора, являются ли ее слова простым утверждением или чем-то вроде долго сдерживаемого признания.
Валькариан осознает, что ее могли неправильно понять, поэтому продолжает:
– То, что называют новой вспомогательной репродукцией, позволяет добиться очень многого для успешного развития эмбриона, но иногда определенные манипуляции приводят к… скажем… созданию неудачных генетических коктейлей. Чем больше вы хотите получить, тем больше возникает рисков, даже если их вероятность остается низкой. К несчастью для Тэм, никакие средства не помогли избежать фатальных пороков развития плода.
Алин спрашивает, стоя в глубине комнаты:
– В сетях твердят о чудодейственном лечении, а заговорщики утверждают, что девочку заменил киборг. И где же истина между двумя этими крайностями?
У Валькариан как будто что-то проскальзывает на лице, словно переход от социальных сфер к научным пробуждает ее интерес.
– Где-то посередине, если можно так сказать… – Задумчиво глядя перед собой, она словно рассматривает невидимое сокровище. – С момента зачатия Тэм пользовалась преимуществами передовых медицинских технологий своей семьи: ее родители не только гениальные инвесторы, которые воспользовались чудом, чтобы основать свою империю, они также изменили ход истории.
С этими словами она встает и направляется к двери, которую Алин идентифицировала ранее как вход в комнату девочки.
– Вместо долгих объяснений… – произносит Валькариан в качестве приглашения следовать за ней.
Карлос и Алин обмениваются быстрыми взглядами и подходят к двери, которая уже просвечивает доктора с головы до ног.
– Тэм здесь? – спрашивает Алин, сканируя экран, который Валькариан оставила включенным на своем рабочем столе: лента новостей в реальном времени, где мелькает голограмма лунной базы Новиграда, какие-то непонятные картинки, волнующие эскизы, похожие на произведения Тэм… Она также видит прямую трансляцию интервью сияющей Тэм с мягким взглядом и длинными волосами, собранными в сложный пучок, в гипнотическом подвижном платье, с невероятно грациозными движениями…
– Тэм ВСЕГДА здесь, лейтенант, – отвечает ей Валькариан, в то время как дверь открывается в черный фильтр безопасности, через который виднеются лишь несколько силуэтов неизвестных машин. Она оборачивается. – Я просто ждала, пока она закончит свое ежедневное интервью в сетях. Думаю, можно не напоминать о том, что все, что вы сейчас увидите, де-факто обязывает вас хранить молчание, равно как о том, что настраивать против себя Свараджа Эдо-Джендала гораздо менее выгодно, чем работать на него с профессионализмом, упомянутым в ваших досье.
С этими словами она делает шаг вперед, и фильтр безопасности тут же исчезает.