– Как это «отправили»? – недоумевает Алин.
– Они сказали мне, что деньги не…
– «Деньги не просят, их зарабатывают»… – завершает фразу Крис и поворачивается к Алин. – Ваше задание у Эдо-Джендала – это шикарная услуга, предоставленная Карлосу, чтобы он мог вылезти из дерьма. Браво, Карлос, ты спасен. А мне теперь в какую дверь стучать, чтобы выбраться?
Карлос переводит взгляд на Алин и объясняет хриплым голосом:
– Они сказали мне, что одному их другу нужна услуга и… что оплаты с лихвой хватит на все мои нужды. Ну, я и согласился. – Он обхватывает голову руками. – Я не знал, что они тебя в это втянут, Алин. И ты, Крис, не должен был ничего знать. Я и подумать не мог, что они начнут тебя этим шантажировать.
Крис оборачивается, но он уже успокоился.
– Видимо, я должен был в миллионный раз сказать тебе, что они те еще ублюдки.
Алин сдерживает улыбку и, помолчав несколько секунд, тыльной стороной ладони вытирает с лица капли дождя.
– Ну что же, вступаем в игру! – Они оба смотрят на нее с непонимающим видом. – Тебе это не очень понравится, Крис, но… у нас нет следа. Никакого. Раз твои родители близки к Свараджу Эдо-Джендалу, они наверняка должны что-нибудь знать о женщине, которую мы ищем. Что-нибудь, что им невыгодно открывать прямо сейчас, быть может? Если ты снова с ними увидишься, по своей воле или нет, попробуй что-нибудь выяснить.
– Я ничего не буду у них спрашивать, – категорично отрезает Крис. – Кого вы ищете?
– Некую Таню Эспинозу, – осторожно отвечает Карлос, не уверенный, что вернул себе право участвовать в беседе. Поскольку Крис ничего не говорит, он продолжает: – Женщина, пропавшая на Земле пятнадцать лет назад. Ты что-нибудь об этом слышал?
– Я ищу…
Они стоят втроем под дождем, в то время как Крис неподвижно замирает: типичная поза пользователя, роющегося в своих файлах. Через тридцать секунд он поднимает голову и хмурится.
– Спиноза или Эспиноза?
– Эспиноза.
– Нет, пусто… Ладно, если бы я ничего не нашел в самых доступных папках моих родителей. Проблема в том, что информации нет совсем, о ней вообще нигде не упоминается. Точнее, поиск выдал три Тани Эспинозы, но двум из них меньше десяти лет, а третья – известная персона: если бы речь шла о ней, Джендалу не понадобились бы вы.
Алин направляется к входу в здание, чтобы укрыться под козырьком от усилившегося дождя, остальные идут за ней. Облака наномашин – ландшафтных дизайнеров, снующих в саду, внезапно напоминают ей о комнате Тэм. Она увеличивает голографический снимок лица девочки, который сохранила на своем ретинальном интерфейсе, и пытается вникнуть в то, что объясняет ей Крис.
– Здесь может быть два варианта, – продолжает он. – Либо вас просят найти человека, которого защищают и прячут влиятельные люди: корпорации, правительство, мафия, мои родители… Либо этот человек обладает достаточным влиянием, чтобы самостоятельно защитить себя и спрятаться.
Карлос подходит к Алин, потирая шею, и трое друзей замолкают. Несмотря на успокаивающую близость двух других, каждый тем не менее испытывает смутное ощущение, что все или почти все внезапно начинает рушиться. До сегодняшнего дня их дружба всегда стояла выше социальных разочарований, семейных проблем и прочих разногласий, но Алин не уверена, что их взаимная преданность сможет противостоять таким ударам, как развод и шантаж. И она внезапно осознает, что умеет жить, лишь реагируя на выбор других: вовлеченная в их течение жизни, она чувствует себя как рыба в воде, но при этом неспособна вылезти на берег, чтобы пойти по своему собственному пути.
Карлос что-то говорит, но она его не слышит: ее захватывает ощущение пропасти, разверзшейся позади нее, там, за портиком, за коридором, украшенным гипнотическими творениями, и еще дальше, в глубине кабинета Валькариан, за холодной дверью. Это пропасть с закрытыми глазами, молчаливое головокружение с нежным личиком, отвратительная фреска, безмолвно зовущая ее, само существование которой – невыносимый крик. Тэм.
Карлос, который уже более спокойно общается с Крисом, тревожится об адвокатах и кошмарах послеродового периода; Криса беспокоят семейные конфликты и требование родителей продолжить их дело… А она? Не имея навязчивых мыслей, она испытывала простые удовольствия, простые боли, то немногое, чем мы делимся с друзьями; и вдруг эту пустоту заполняет Тэм. Целиком. Тэм и провода, трубки. Тэм и машины. Тэм и холод. Тэм и тишина. Тэм, одна, сгибающаяся под тяжестью лжи и решений других людей.