На другом конце комнаты не выдерживает Карлос:
– Когда уже закончится эта болтовня? Черт! – Он пинает ногой свой стол, и Изис тут же вскакивает, чтобы встать между ним и Тэм. – Этот дурацкий анализ длится целую вечность!
Под комбинезоном Изис появляются движущиеся формы и замирают в нужном положении: новые модули вооружения.
Еще одна глупость – и Карлос умрет.
– Не знаю, как вы будете вести себя с вашим будущим ребенком, капитан Ривера… – Он бросает на нее мрачный взгляд и нервно дергает головой. – Но я настоятельно не рекомендую вам выходить из себя в присутствии Тэм.
Испуганная девочка цепляется за бедра Изис и закрывает глаза.
– Я знаю, что тебя это бесит, Карлос… Тебя просят лишь немного подождать: мы выполнили, что от нас требовалось. Не думаю, что Джендал нас обманет. Ты получишь свои деньги. – Алин поворачивается к Изис. – Приношу свои извинения, но не могли бы вы больше не упоминать об этой истории с ребенком?
В комнате повисает тяжелая тишина, и в этот момент внезапно распахнувшаяся дверь заставляет их обернуться: Сохраненный с эмофейсом «Паника» вместо лица отчаянно машет руками.
– Изис! – кричит он.
Алин с Карлосом не успевают понять, что происходит, как комбинезон Дополненной разрывается от горла до таза: ее тело раскалывается во вспышке голубого света и открывается, обнажая огромную механическую пасть с ребрами, похожими на множество заостренных клыков, каждый из которых заканчивается стволом сверхсовременного пистолета. Еще секунда – и она прижимает Тэм к своему правому боку, затем разворачивает из своего предплечья нечто вроде прозрачного синтетического щита, способного, вероятно, выдержать взрыв снаряда.
Они ошеломленно смотрят, как она перепрыгивает через стол.
– Валькариан! – кричит она.
И на полной скорости устремляется в коридор.
12
Чип
С Карлосом по пятам Алин мчится следом за Изис, слушая, как та яростно ругается. Когда они вслед за ней влетают в лабораторию, их встречает гневный вопль Эспинозы:
– Она хочет снова это сделать!
Выпучив глаза, обвивая позвоночником шею Валькариан, Эспиноза пытается вытащить ее из комнаты Тэм.
– Не предпринимайте ничего, что может кого-то из них ранить! – раздается в их висках голос Изис.
– Сволочь! – визжит Эспиноза. – Сволочь!
У Валькариан багровое лицо и побелевшие глаза, такие же, как пальцы, вцепившиеся в твердые позвонки Тани.
– Отпусти Валькариан – или сейчас все для тебя закончится! – кричит Изис, в свою очередь.
– Она хочет все у меня отобрать! – отчаянно вопит Эспиноза. – Опять! – Она бросается к двери в коридор, тащит за собой, как тряпку, тело Валькариан. – Это! – кричит она, выскочив в коридор и тут же вернувшись в кабинет, словно механический скат, впавший в истерику. – Все! Я не… ее инструмент! Я… – Она сжимается сильнее, и пальцы Валькариан начинают слабеть. – Художница!
Под защитой Изис оцепеневшая Тэм наблюдает за сценой.
– Таня, вы ее задушите! – восклицает Алин, в то время как Эспиноза тащит тело доктора к ее рабочему столу. – Если она умрет, Тэм умрет тоже, а вы будете следующей! Можно же найти какое-то решение!
– Решение? – визжит Эспиноза. – Для забвения? Отказа? Лжи?
– Отпусти ее, твою мать! – орет Карлос, приближаясь, готовый наброситься на нее.
Изис пытается встать между ними, но пока Эспиноза отрывает Валькариан от пола и начинает трясти ее, как куклу, Дополненная удивленно вскрикивает, а Карлос резко останавливается. Наномашины Тэм проникают через мембрану щита Изис, прорывают ее и направляются к Эспинозе.
Изис матерится и поворачивается, чтобы защитить Тэм, девочка что-то кричит, но в царящем хаосе Алин не разбирает ее слов.
– Нет! – надрывается Эспиноза.
Вокруг нее кружат наномашины девочки, невыносимый рой микроскопических мошек.
– Замолчите! – вопит она, окруженная со всех сторон.
Хвост из позвонков Эспинозы все так же обвивает шею Валькариан, но она ослабляет хватку, и лицо доктора приобретает нормальный цвет.
– Что она опять несет?! – бросает Карлос Алин по мыслесвязи. – Снова придумала себе публику, как в Амстердаме?
– Понятия не имею! – отвечает его напарница вслух. – Таня!
Художница внезапно отпускает Валькариан и после безумного кружения поднимается к потолку, откуда издает новые пронзительные вопли.
– Заткнитесь! Прекратите!
Она визжит от страха и от ярости, уткнувшись в потолок. Валькариан, задыхаясь и дрожа, ползет к своему столу.