15
Культура
Если и есть что-то общее в обоих лагерях, готовых оспаривать право собственности на научную базу Новиграда при помощи боеголовок, дронов и роботов, так это разветвленная сеть тайных агентов Свараджа Эдо-Джендала: от одной военной палатки к другой, от блокпоста до контрольно-пропускного пункта, от взятки до условленного кивка – Алин с Карлосом и гравитационные регуляторы, управляемые властной и влиятельной Изис, движутся по бурлящему лунному фронту с такой легкостью, что преодолевают крепостные стены, обозначающие границу спорной территории, меньше чем за полчаса.
Повсюду солдаты готовятся к бою, восседая за своей военной консолью в смарт-очках, в то время как роботы, Сохраненные и несколько редких Дополненных из элитных войск занимают позицию для прямого вмешательства. Войны давно уже превратились в компьютерные игры, но высокие ставки не делают их ни менее тревожными, ни менее шумными, просто они стали не такими омерзительными там, где все взрывается.
Крепостные стены – инфраструктура, контролируемая земными диссидентами, – окружают всю базу Новиграда, изолированную в двухстах-трехстах метрах внутри большого металлического кольца: неподвижные оборонительные башни, скрытые глушилки, противовоздушные мины, ямы-ловушки, контактный вирус – все они ждут сигнала, который возвестит о начале конфликта уже через несколько секунд, самое большее – через несколько минут.
Снаружи марсианские войска ждут в полной боевой готовности: машины с микроракетами, дальнобойная артиллерия, лазерные сверла, окисляющие газы, магнитные дроны и ожидающие прорыва машины-шпионы, готовые прочесать базу вдоль и поперек, сканировать каждую ее стену, каждый проводок, выведать все ее тайны, при этом скрыв другие, более компрометирующие, до того, как здесь появятся технические комиссары.
– Что им мешает вцепиться друг другу в глотку? – спрашивает Карлос у Изис.
Спрятавшись в укрепленном шлюзе крепостной стены, они наблюдают за обеими сторонами на мониторах: под светом звезд, где Земля издали напоминает потерявшийся в космосе шарик, армии выжидают.
– Тэм, – просто отвечает Изис. – У Джендала есть такая возможность – он ждет наших действий и дергает за нужные ниточки, чтобы дать нам время.
Воздушный шлюз тесный, с низким матово-черным потолком, без всяких следов пыли, словно он совсем новый. Незаметная подставка в его центре служит голографическим приемником, устаревшим, но в отличном состоянии.
– Известно, где Тэм?
– Учитывая легкость, с которой Культура покинула комплекс Джендала, здесь она наверняка чувствует себя как в своей гостиной. Она может быть где угодно.
На голографических экранах, установленных у стен, камеры отображают активацию тысячи и одной системы: все они автоматизированы, но также предусмотрена возможность проводить каждое вмешательство вручную. Яркий свет таинственных диодов пульсирует, заливая шлюз и трех его обитателей меняющимися оттенками, в то время как голографические схемы детально показывают окрестности, внутренние системы, местность.
Они уже собираются отправиться исследовать центральную часть, окружающую базу, как шлюз перед ними закрывается.
– Черт… – ругается Изис и пытается потянуть на себя дверцу шлюза, ее голубоватое предплечье напрягается на полную мощность, но та не поддается.
– Это еще что за дерьмо… – шепчет Карлос.
Словно отвечая ему, все диоды шлюза становятся фиолетовыми, и троица окрашивается в этот оттенок, который они видели сотни раз в Амстердаме и у Джендала.
«ВЫ НЕ ИМЕЛИ ПРАВА СЛЕДОВАТЬ ЗА МНОЙ».
Это голос Тэм.
Чистый.
Он звучит повсюду в шлюзе, и первая реакция Алин – облегчение от того, что она еще жива.
В ту же секунду подставка в центре шлюза освещается, и там возникает силуэт, который никто из них троих не узнает. Этот силуэт их поражает до глубины души: выпуклый лоб под черепом, деформированным весом его собственных тканей, узловатое, изломанное тело, нечто невообразимое из плоти и костей, сшитое металлом, – гротескная голограмма парит в метре над подставкой, словно уродливый эмбрион в банке с формалином.
«Когда инструмент сам принимает решение, это уже не инструмент, не правда ли?»
Алин икает от удивления. Карлос с отвращением стискивает зубы, а Изис рефлекторно встает в боевую позицию: этот голос не принадлежит Тэм.
Более мягкий, менее одушевленный.