Марс со всей силы потряс ее за плечи:
– Мария! Пожалуйста, соберись! Он давно должен был приехать, ты понимаешь? А его нет! Ты должна мне сказать, где может быть Гарик!
Та закивала головой, всхлипывая и вытирая слезы:
– Хорошо, я поняла, поняла… Но я не знаю! Он бывает в своем ресторане, почти каждый день.
– Отпадает, – яростно замотал головой Марс. – Думай!
– Еще в спортзал ходит.
– В какой? – вскинулся он.
– Не помню. Кажется в «Парус» на Парадной.
Марс сник.
– Нет, не то, слишком людно. Маша, вспоминай! – Он отпустил ее и снова заходил по гостиной. – Это должно быть какое-то заброшенное и скрытое от глаз место. – Он в задумчивости остановился и уставился в окно.
На сад начали наваливаться сумерки, это здорово пугало, казалось, что с наступлением вечера исчезнет последняя надежда. А может, уже поздно…
Он закрыл руками лицо и снова обратился к Марианне как можно спокойнее:
– Машенька, подумай, может, у него есть какая-то недвижимость? За городом, например, дом, дача, или квартира где-нибудь в поселке под Питером.
– Нет, откуда? Дядя Марк давно разорился и все продал. Вот только, если конюшня…
– Что? – Зимин оглянулся и, показав рукой в окно, спросил: – Вот эта самая?
– Да, – кивнула Маша, – но он там не бывает…
– Точно, я же знал об этом!
Марс глянул в окно и вдруг увидел едва заметный дым над рощей.
– Маша! Посмотри, это же конюшня горит?
Марианна подскочила и, подбежав к окну, подтвердила:
– Да, горит. Но она такая старая, и никому ненужная. Ой! – вдруг вскрикнула она. – Боже мой! Там ведь лошади! Одна или две! Они же сгорят!
Марс не раздумывая выскочил за двери и побежал через рощу. Неужели там Саша?! Ужас подгонял его, и как хорошо, что он не раз ходил здесь пешком и знал короткую дорогу. Только теперь она казалась слишком длинной. Издалека уже слышался треск горящего дерева и рев огня.
Наконец вбежав во двор конюшни, он в ужасе замер – конюшню полностью охватило пламя.
И тут он увидел Гарика. Тот стоял перед воротами конюшни и заворожено смотрел на огонь.
– А, ты? – оглянувшись улыбнулся он. – Боюсь, уже поздно, – он вдруг захохотал весело и безудержно. – Папкино наследство. Хорошо горит. Этого и следовало ожидать, здание очень старое. Лошадок, правда, жалко.
Только сейчас Марс услышал неистовое ржание напуганных лошадей.
Он кинулся к воротам, но Гарик преградил ему дорогу.
– Уйди! – озверел Зимин и размахнувшись врезал Гарику в челюсть.
Видимо удар был таким сильным, что тот упал, а Марс кинулся внутрь.
– Саша! Саша!
Гарик очухался и встав потер ушибленную скулу:
– Ну вот и отлично, одним махом обоих… – он подошел и закрыл ворота.
С дороги уже слышался вой пожарных сирен, со стороны поселка бежали люди, двое парней несли ведра с водой, но было поздно.
Марс, прикрыв рукавом лицо, бегал по конюшне, надеясь найти Сашу. Увидев в двух соседних стойлах лошадей, которые бесновались от приближающегося огня, он открыл им двери и побежал в манеж. Как хорошо, что он помнил расположение помещений! Когда-то он много времени проводил здесь.
Но все пространство манежа было заполнено дымом, разглядеть сквозь него что-либо было невозможно.
– Саша!!! – взревел Зимин. – Сашенька!!!
И вдруг где-том рядом раздался слабый крик:
– Марс! Я здесь!
Он тут же кинулся на голос, но никак не мог найти ее в большом задымленном помещении. Наконец он наткнулся на нее. Она сидела примерно в центре манежа, привязанная к стулу, голова свесилась на сторону. Саша была без сознания.
С трудом развязав тугие узлы, он подхватил ее на руки и помчался назад к воротам, но они оказались заперты, и языки пламени уже подбирались к ним. Кони топтались у дверей, поднимались на дыбы и ржали, пытаясь пробиться сквозь огонь.
Зимин положил Сашу на пол, подбежал и из последних сил толкнул дверь. Ворота распахнулись и люди, увидев его, тут же кинулись на помощь. Двое парнишек, подхватив коней под уздцы, повели их к заливу отпаивать, а другие выносили пострадавших, оттаскивая подальше от огня.
Уже теряя сознание, Марс заметил, что неподалеку от конюшни стоит полицейская машина, и Шаповалов надевает на Гарика наручники. А от машины к ним несутся Ромка и Маша.
– Все хорошо, – прошептал Зимин. – Все будет хорошо…
Тут же послышался жуткий треск, и крыша конюшни рухнула. Пожарники, едва успевшие развернуть гидранты, уже тушили огонь, и через несколько минут все закончилось. Наступила относительная тишина, лишь кое-где еще слышался треск тлеющего дерева и шумела вода. Сильно пахло гарью.
Саша открыла глаза и прислушалась, кажется, она слышала голос Марса? Нет, почудилось, вероятно, это продолжается ад, решила она, почувствовав, как легкие разрывает от кашля, голова раскалывается, а из глаз льются слезы. Но уже через мгновение на лицо опустилась кислородная маска, и она уснула.