Выбрать главу

- В этот торжественный день – день празднования победы, мне хочется сказать пару слов о своих дочерях. Ещё вчера мои ангелочки учились ходить, а уже сегодня они принесли нашей империи очередную победу. Увы, время не щадит никого, даже правителя такой могущественной империи, поэтому я решил задуматься о приемнике. В связи с этим я решил провести этот бал, приуроченный к победе в войне. Я решил, что мои дочери должны сами выбрать себе женихов, поэтому первые десять мужчин, которые будут танцевать с моими дочерями, станут претендентами на их сердца, а те десять, которых выберет Яра, ещё и претендентами на престол. Разумеется, если я буду согласен с их выбором.

- Я правильно понимаю, нам нужно будет станцевать минимум десять раз? - тихо, с усталостью сказала Яра.

- Мне страшно, - сказала Мина при виде сотен взглядов со стороны мужчин.

Хеталика и Рада тем временем стояли в стороне и наблюдали, как к старшим сёстрам осторожно подходят первые желающие пригласить на танец.

- Как великодушно со стороны отца дать мнимый выбор! - сказала Хеталика, бросив быстрый взгляд на отца.

- В смысле мнимый? - непонимающе спросила Рада.

- Я не думаю, что отец примет в наследники того, кого выберут они, разве что там будет его кандидат.

- Но он же не может просто взять и сказать: "Среди этих десяти мне никто не нравится".

- Посмотрим. Если он действительно согласится с их кандидатами, я буду только рада.

- Думаешь о будущем?

- Да. Скоро и нам женихов выбирать нужно будет.

- Я не особо хочу замуж. А ты? - Рада перевела грустный взгляд на Хеталику и увидела, как та внимательно наблюдает за сестрами.

- Смотри. Мина выбрала того старого и толстого, – брезгливо сказала Хеталика.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Они все старые и толстые, - со вздохом ответила Рада, глядя на толпу молодых офицеров.

- Ну, да. Скудный выбор. Хотя смотри. К Яре подошёл симпатичный и молоденький.

- И кто это? Офицер?

- Не знаю. Никогда раньше его не видела.

- Офицерам здесь надеяться не на что, - со вздохом сказала Рада. - А Снежана где?

- Вон. Она тоже толстяка выбрала, но моложе.

- Если присмотреться на балу в этот раз гораздо больше симпатичных кавалеров, чем обычно.

- Мне сказали, отец разрешил явиться на бал всем у кого звание выше капрала, так что неудивительно.

- Правда? А остальные об этом знают?

- Понятия не имею. Я им ничего не говорила.

- А интересно, зачем отцу так делать?

- Как думаешь тот, что танцует с Миной, ещё долго проживёт? – сказала Хеталика и после нескольких секунд молчания продолжила. – А я тебе отвечу, он скорее сдохнет ещё раньше отца и так со всеми. Я думаю у отца примерно такой же ход мыслей.

- То есть…

- Он не одобрил бы кандидатуру тех двух, танцуй они с Ярой, - рассуждала Хеталика и усмехнувшись добавила. - А Мина не дура – будет выбирать тех, кто помрёт через год после женитьбы.

В этот момент в зал вошёл кто-то в тёмной одежде с капюшоном, так что по лицу и фигуре нельзя было определить, это женщина или мужчина. Примерно десять минут этот неизвестный наблюдал за балом и начал уходить. В момент, когда он покинул зал, начала происходить какая-то чертовщина. Яра начала гореть в огне, её тело, волосы — всё горело. Волосы Снежаны внезапно побелели, её тело стало холодным, а руки её партнёра начали замораживаться. Тело Мины начало превращаться в воду, и она стала проскальзывать под пол. Волосы Хеталики потемнели, вокруг неё появились мертвецы, которые начали карабкаться по её ногам, а Рада внезапно исчезла.

Не успели гости открыть рты от удивления, как Джек всех заморозил, включая императора.

- Что происходит? - голосом, полным страха, спросила Яра, оглядываясь по сторонам.

- Я не знаю, - с волнением ответил Джек.

Он быстро подошёл к столу, и, высыпав какой-то порошок в бокал с водой, дал его Яре.

- Что это?

- Неважно. Просто пей, – его руки дрожали.

- Стой, - крикнула Мина. – Кто это? Что происходит?

Яра не долго думая выпила, и огонь, окутавший её, потихоньку исчез. Её каштановые волосы стали огненно-рыжими, а карие глаза — кроваво-красными. Платье же немного сгорело так, что продолжить его носить было бы неприличным.