- Госпожа... – обратился к Мине солдат, стоящий у входа.
- Где она? - обеспокоенно спросила Мина.
- Я сейчас отведу вас.
- Давно она тут?
- Полтора часа назад пришли. Прошу здесь.
Из темницы доносились звуки хлыста. Войдя внутрь, Мина увидела кровавое изуродованное тело, привязанное к стулу. Он совсем не был похож на того мальчика, которого они видели вчера. Его тело было покрыто синяками, ногти были вырваны, рот наполнен кровью, а серебристые волосы окрасились в алый цвет его крови. Он изо всех сил пытался оставаться в сознании, но его веки так и норовили закрыться и каждый раз он прикладывал всё больше и больше усилий, чтобы их поднять. Запах в помещении стоял ужасный: смесь крови, пота и грязи и лишь одно маленькое окошко наверху, из которого доносились запахи весны, запахи свежести.
- Ты сделала это за полтора часа!?! - спросила Мина, разинув рот; её лицо было полно ужаса и страха.
- Да, - равнодушно ответила Снежана.
- Зачем? – она пыталась не смотреть на пленника, но глаза то и дело обращались в его сторону.
- Как зачем? Он враг. Работал на королевскую семью. Он должен что-то знать, - спокойно ответила Снежана, подходя к столу с окровавленными инструментами.
- И что же ты у него спросила? – Мина отвернулась и смотрела на дверь, боясь вновь напороться взглядом на мальчика.
- Пока ничего.
- Тогда смысл всех этих побоев. Если ты продолжишь, он вообще говорить не сможет!
- Если я продолжу, он будет говорить без вопросов, - ответила Снежана, злобно посмотрев на пленника.
- Ты то же самое говорила и в прошлый раз, и что же? Теперь с тем пленным без шамана вообще поговорить не получится. Оставь! Его допросит Яра! У неё все пленные говорят, иногда даже без всех этих... Ах, я не могу на это смотреть!
- Что здесь происходит? - спросила, находящаяся в дверном проёме, Яра.
- Вот, полюбуйся! – Мина указала на пленного, стараясь не смотреть на него.
- Дааа, сестра. Пытать пленных, это не твоё, - с насмешкой произнесла Яра.
- Вы слишком гуманные, - со злобой в голосе произнесла Снежана.
- Мы пытаем пленных ради информации, а не для удовольствия. Это не гуманность, это расчет, - с улыбкой и немного издевательским голосом произнесла Яра.
- Да что ты! Делай, что знаешь, - с яростью ответила Снежана, кинула хлыст в остальной инструментарий и ушла.
- Бедный мальчик. Эй, Изверг, распорядись, чтобы его подлатали. Допросим его вечером. Сейчас он ничего не скажет, - холодно произнесла Яра. – И оставь дверь открытой. Все равно не сбежит, так хоть комната посвежеет.
- Как скажете.
- Давай выйдем. Я не могу на него смотреть, - сказала Мина.
- Боже, какие мы брезгливые! - язвительно заметила Яра.
- Это не брезгливость. Я просто не понимаю, как можно так издеваться над людьми, - с непониманием сказала Мина.
- То есть поля, усеянные трупами убитых нами воинов, тебя не особо волнуют, - шутливо сказала Яра.
- Мне и это не нравится. К слову, в самих сражениях я не участвую.
- Ладно, не будем продолжать этот бесполезный диалог.
- Что будешь делать сейчас? - спросила Мина, выходя из тюрьмы.
- Думаю узнать больше о королевской семье.
- Будешь копаться в архивах дворца? – пошатываясь, спросила Мина, отходившая от впечатления, произведённого увиденной ранее картиной.
- Да, они, хоть и бежали ещё до падения города, все же сомневаюсь, что они уничтожили все бумаги. Что-то интересное все равно можно будет найти. А ты чем занимаешься?
- Я просматривала книги в библиотеке.
- В таком случае, было бы неплохо, если бы ты мне помогла. Рыться в бумагах у тебя в любом случае получается лучше, чем у меня.
- Я не против. Может, найдем что-нибудь интересное.
- К чему ты клонишь?
- К тому, что мы ничего не знаем об этой стране... Эта страна была изолирована от мира. Мне очень интересно, как устроено управление страной. Мы не знаем ничего о её недавнем прошлом и настоящем, но от жителей я узнала, что девяносто лет назад здесь была гражданская война, которая длилась двадцать лет. В результате к власти пришёл нынешний король, которого, как я уже сказала, народ не видел уже пятьдесят лет. Было бы неплохо узнать об этом подробнее. Надеюсь, в библиотеке будут документы, связанные с этим.
Девушки отправились обратно во дворец. Улицы города были пустынны. Там, где ещё неделю назад был слышен смех детей, голоса продавцов, беседы мужчин, распивающих алкоголь, теперь была тишина. Все сидели дома. Хотя насилие к жителям города не применялось, все помнили рассказы стариков, переживших прошлые войны. Они в красках описывали все ужасы, приносимые войной, говоря о том, как быстро вчерашняя счастливая жизнь, сегодня может обернуться кошмаром, и как мало надежды остается, когда город заполняет чужое войско.