— Вот как, — наконец выдохнул он. — Значит, кроме зятя у меня еще будет и внук… А это, я так понимаю, и есть Дэвид Паркер, — Фабьен, приподняв одну бровь, взглянул на маячившего сзади дочки Дэвида.
— Да, папа, познакомься, — Софи по-хозяйски взяла Дэвида под руку, — это мой муж…
— Ну здравствуйте, Дэвид Паркер, — усмехнулся Фабьен и протянул руку.
— Рад знакомству, месье Легранд, — пожал руку в ответ Дэвид.
— Достаточно о вас наслышан, — не переставал усмехаться Фабьен. — Оказывается, вас многие знают…
— И кто же? — удивился тот.
— И в доме мадам Мадлен вы частый гость…
— Э-э-э… Случалось бывать, — неопределенно протянул Дэвид, почесав затылок.
— И с мадам Дюран вы имели общие дела, — продолжал все с той же улыбкой Фабьен.
— Какие дела? — тут же напрягся Дэвид.
— Пансион приобретал у вас кое-какую мебель, кажется… Во всяком случае, директриса сказала так…
— Да, так и было, — с облегчением тоже улыбнулся Дэвид и, решив не остаться в долгу, неожиданно спросил: — А вы разве тоже посещали заведение мадам Мадлен?
— Ее заведение посещал единожды, когда разыскивал свою дочь, — хохотнул Фабьен, оценив выпад новоиспеченного зятя, — а вот саму Мадлен я знаю давно, даже очень, — при этих словах он посерьезнел.
— Папа, — вдруг произнесла Софи, тоже немного помрачнев. — Тот человек, что нас похитил, Дидье Люка, он плохо отзывался о тебе и дяде Эмиле, говорил, что вы его предали… И мадам Мадлен тоже… Это правда?
— Я думаю, — тяжело вздохнул Фабьен, — мы поговорим об этом чуть позже, дорогая… А сейчас поедем-ка к маме… Она уже заждалась, наверное…
… После их приезда в поместье барона де Обера, там еще больше часа царила суматоха. Мари со Стефани первое время на радостях даже не отходили от дочерей. Особенно не могла оторваться от дочки Мари, когда узнала о ее беременности. Эта новость так взбудоражила женщину, что даже быстрое знакомство с Дэвидом отошло для нее на второй план. Стефани же наоборот, после того, как Андре официально попросил у них с Эмилем руки Мишель, довольно придирчиво рассматривала и расспрашивала обо всем будущего зятя, что было совсем на нее не похоже.
Жаклин, как объяснила Мари, тоже хотела прийти сюда, но после решила дождаться Дэвида и Софи дома.
— Она сказала, что приготовит к вашему приходу ужин, — с улыбкой сообщила им Мари.
— Как же я соскучилась по ее стряпне! — возбужденно воскликнула Софи.
— Да, Жаклин готовит великолепно, — встрял в разговор Фабьен. — Во всяком случае, пироги…
— А ты разве пробовал? — изумленно спросила Софи.
— Да, мы с твоей мамой захаживали к ней несколько раз… Я даже слегка подчистил бар твоего мужа, — он виновато глянул на Дэвида и пожал плечами.
— Всегда пожалуйста, — ухмыльнулся Дэвид. — Для вас, месье Легранд, мой бар открыт в любое время!
После обеда все собрались в гостиной, чтобы обсудить, как быть дальше с Дидье Люка.
— Мне кажется, Фабьен, Эмиль, — первым делом обратилась к мужу и его другу Мари, — вы должны все-таки рассказать, как все было на самом деле. Во всяком случае, наши дети имеют права знать, что послужило причиной такому безумному поступку Дидье…
— Ты права, Мари, — согласился с ней Фабьен, а Эмиль кивком поддержал его. — Тем более, как я понял, Дидье представил все несколько в другом свете… — и начал свой рассказ.
— А причем тут мадам Мадлен, папа? — спросила его Софи, когда они с Эмилем закончили свое повествование. — Месье Люка говорил, что ты ее тоже обидел и унизил. В чем ты перед ней виноват? Почему она тебя ненавидит?
Фабьен помолчал с минуту, приводя мысли в порядок, а после произнес:
— Я виноват перед ней в том, что не смог ее полюбить…
Софи не нашлась, что на это сказать, только мельком глянула на мать: та спокойно смотрела на мужа и даже одобряюще улыбалась ему.
— А теперь давайте, наконец, перейдем к обсуждению нашего плана действия, — бодро проговорила Катрин, нарушая тем самым затянувшуюся неловкую паузу.
— Действительно, — тут же поддержал ее Николя, и от Софи не укрылось, как тепло, слишком тепло, улыбнулась ему Катрин, а Николя при этом стушевался и быстро отвел глаза.
— Тогда начнем с твоих предложений, Катрин, — предложил, чуть усмехнувшись, Фабьен. — Я так понимаю, во всей этой истории ты была главным генератором идей!
Катрин, не обратив внимания на некоторую иронию в его голосе, серьезно произнесла:
— Я считаю, нужно кого-то отправить в дом терпимости… Из мужчин, я имею в виду… И там, в тесном сотрудничестве с Бланкой вывести всех на чистую воду!