- Я ид-д-ду с в-вами, решительно заявил Зотов.
Я оценивающе взглянул на него:
- Хорошо. Ты с ним знаком и подойдешь первым. Ломанов будет с тобой. Меня же он знает в лицо, поэтому я появлюсь в последний момент.
И мы разработали примерный план действий.
…На втором этаже Центрального дома медработников разгуливало множество фальшивых англичан в клетчатых пиджаках и с трубками в зубах. Ребята вошли в холл первыми и сделали мне знак Доли пока не было.
До начала заседания клуба оставалось пятнадцать минут.
Я прошел в дальний левый угол холла, где в тени стояла пара мягких кресел. Чтобы не изобретать велосипеда, я использовал старый-престарый шпионский прием. Делал вид, что читаю газету, а на самом деле внимательно следил за происходящим в дырочку, которую проковырял в центре газеты.
Сережа и Петя моментально освоились в этой обстановке и уже через минуту вступили в беседу с клетчатыми мужиками. Имена Шерлока Холмса и доктора Ватсона, а также сэра Конан Дойла доносились до моего слуха с интервалом в несколько секунд.
До начала заседания оставалось уже несколько минут.
Тут всеобщим вниманием завладел ужасно толстый и бородатый парень в самом клетчатом из всех клетчатых пиджаков:
- Уважаемые джентльмены! Голос его был густ, сочен и громок. Прошу всех в зал. Мы начинаем наше торжественное заседание, посвященное знаменитому делу о пестрой ленте. Укротитель змей уже прибыл со своими питомцами! Прошу всех в зал! Проходите, проходите. Он трогал всех за плечи, словно подталкивая в зал. А это что за зачитавшийся джентльмен? Прошу и вас! Проходите в зал.
Я понял, что он обращается ко мне. И про себя выругался Доли все еще не было. К сожалению, создавалось впечатление, что и не будет.
Только успел я это подумать, как увидел его входящим в холл. К счастью, кто-то еще более настырный завладел вниманием толстяка, и он отцепился ото всех, а главное от меня.
Доля в клетчатом пиджаке остановился в дальнем конце холла у двери и очень внимательно оглядел помещение. Мне даже показалось, что я ощущаю его холодный взгляд через дырочку в газете. Хотя это было конечно же иллюзией.
Мои замечательные напарники настолько увлеклись, что уже были где-то в зале, продолжая, наверное, начатый с кем-то разговор. Что ж, может быть, это и к лучшему, пронеслась в голове мгновенная мысль.
Как всегда бывает, в дверях зала в последний момент образовалась толкучка. Доля стоял чуть в стороне и ожидал, когда путь освободится. В мою сторону он не смотрел.
Я решил действовать один.
От моего темного угла до Доли было шагов семь. Толпа уже почти влилась в зал, и он стоял ко мне спиной. Я положил газету на соседнее кресло и, опустив лицо, едва сдерживая себя, чтобы не побежать, сделал эти несколько так необходимых шагов.
Я был уже в метре от него, когда он обернулся.
И я увидел, какой ужас появляется в глазах человека, который сталкивается с привидением. Ведь он знал, что сегодня утром убил меня.
Всю свою ненависть и силу я вложил в удар слева, которого Доля никак не ожидал. Он рухнул навзничь, стукнувшись головой о косяк двери. Все англоманы уже прошли внутрь, и некому было оценить скорость падения своего сотоварища.
Я уже защелкнул на нем наручники и вытащил из заднего кармана брюк пистолет с хромированным стволом, когда из двери выглянули Зотов с Ломановым. Сразу все поняв, они выскочили из зала и закрыли за собой дверь.
Мы подняли уже очухавшегося Долю и дружно спустились в холл. Нами как-то очень резво заинтересовалась охрана, которой мне пришлось предъявить удостоверение. Тогда они проводили нас в служебную комнату.
Машина из МУРа прибыла через десять минут.
Турецкий положил трубку и хотел было приступить к составлению детального плана той акции, которую запланировал на одиннадцать часов, но тут насилуемый им до того телефон решил взять реванш затрезвонил длинно и требовательно.
- Турецкий слушает.
- Как спали, Александр Борисыч? вкрадчиво спросил Марк Майер.
- Так же, как и ты, хреново! радостно сказал Турецкий.
- А вот тут у вас ошибочка: я-то спал, как студент, чудом избежавший загса!
- Вот только не балагань, прошу тебя! Серьезное дело!…
- Докладываю: съезд их партии должен состояться в ресторане кемпинга, что неподалеку от станции Трехгорка Белорусской железной дороги. Время четыре-пять часов пополудни после похорон Налима.
- Ты там будешь?
- Вроде не приглашали…
- И не ходи!
- Я подозреваю кое-что. Постараюсь перезвонить…
- Без необходимости не рискуй!… крикнул Турецкий.
Но услышать его могли только короткие сигналы отбоя.
По спецсвязи Александр Борисович вышел на руководителя Главка по борьбе с организованной преступностью Министерства внутренних дел генерала Котлярова.
- Сергей Фомич, это Турецкий. Ты знаешь, что сегодня сходняк у твоих подучетных?
- Знаю.
- И место сбора знаешь?
- Предположительно.
- Точный адрес тебе известен?
- А зачем тебе?
- У меня своя информация есть на этот счет. Давай прикинем, чья будет круче.
- Твое ли это дело, Александр Борисыч, "важняк" ты мой милый, оперативной информацией питаться?
- У нас не угадаешь, какая информация подостовернее, следственная или оперативная. Давай свои сведения!
- Нет, сначала ты.
- Ладно. Кемпинг в Трехгорке. Нравится?
- Ну, возможно, хотя у меня немножко другие сведения.
- Какие?
- Один из ресторанов в Выставочном центре, уклончиво ответил Котляров.
- Боюсь, что тебя неверно информировали. Сходняк важный, а в ВВЦ ты под каждый стол можешь микрофонов насовать.
- И насую!
И напрасно. Наши клиенты об этом знают и туда не пойдут!
- Подожди, а ты-то чего переживаешь? Твое ли дело заниматься ими, когда они уже в клетке.
- Базар там будет серьезный, как бы кровь не полилась.
- Ты хочешь, чтобы мы их загодя похватали?
- Нет.
- Ты хочешь, чтобы мы им друг друга покончать не дали?
- Так точно, товарищ генерал!
- Блажишь ты, Турецкий! Какая тебе разница? Чем больше они друг друга порешат, тем меньше у нас работы!
- Опасное заблуждение! Этих мы хоть знаем почти всех, можно отслеживать, как они зарабатывают на хлеб с маслом. А придет новый пахан, пока ты на него досье хорошее нароешь, он уже урону принесет!…
- Тут вожди уже такого урона нагородили, что никакому Робинзону не снилось, а вы в своей Генеральной прокуратуре что-то ни хрена видеть не хотите!
- Давай прекратим этот кухонный базар, попросил Турецкий. Перепроверь по своим каналам то, что я тебе сказал, и, пожалуйста, проконтролируй объект, а? Стрелять не надо, только в очень крайнем случае.
Они прервали разговор, взаимно недовольные друг другом, но Александр Борисович знал, что генерал сделает так, как он просит, хотя слишком стараться угодить следователю не станет.
- Алло? Мне нужен следователь Турецкий!
- Слушаю.
- Майор Николаенко из РУОПа. Не могли бы вы подъехать?
- Куда?
- На Трехгорку. Здесь есть кемпинг…
- Да, знаю. А в чем дело?
- Понимаете, мы получили от командования информацию, что здесь в ресторане состоится сегодня сходка воров…
- Так… Турецкий улыбнулся: значит, правы они оказались с Майером. Или…
- Они действительно съехались сюда на поминки Налима. Только через двадцать минут после начала, точнее после того, как ресторан закрылся на спецобслуживание, оттуда вышли и уехали все женщины и дети, в том числе вдова. Раньше такого не было.
- Вы можете подбросить туда подслушивающее устройство?
- Затруднительно. Место голое вокруг кабака, трудно подобраться.
- Вы хотите, чтоб я подобрался?
- Нет, засмеялся майор. Командир сказал, что для вас это очень важно. Я не первый раз за "синими" наблюдаю. Сегодня мне что-то не нравится их настроение, как бы драки не случилось.
Турецкий вспомнил, что там, внутри, может быть и Майер, а закоренелые и опытные преступники часто ведут себя непредсказуемо.