Полководческая деятельность маршала Конева развертывалась в ожесточенных сражениях с немецкими войсками на важнейших стратегических направлениях: в 1941–1942 годах — на смоленско-московском, в 1943–1945 годах — на юго-западном и западном. Здесь И. С. Конев руководил боевыми действиями ряда группировок советских войск. 1-й Украинский фронт, которым он бессменно командовал с мая 1944 года, был одним из самых крупных объединений в прошедшей войне. Примечательной особенностью руководимых маршалом Коневым в 1944–1945 годах фронтовых объединений было и то, что они обычно включали две-три танковые армии, до двенадцати танковых, механизированных и кавалерийских корпусов, воздушную армию. Все это требовало от полководца ясного понимания роли подвижных войск, гибкого использования их ударных и маневренных возможностей, организации тесного взаимодействия сухопутных войск с авиацией, в Берлинской операции — с военной флотилией, при наступлении на Украине — с партизанами.
Маршалу Коневу почти всегда противостоял сильный противник, которым руководили германские военачальники, имевшие большой опыт организации боевых действий, прошедшие школу прусского генерального штаба, опьяненные легкими победами в Польше и Франции, Норвегии и Дании, Греции и Югославии. В 1941 году это были генерал-фельдмаршал Ф. фон Бок, мастер глубоких охватов, профессионально владевший искусством массирования сил и средств, генерал-полковник Герман Гот, сторонник решительных действий, стремительных танковых прорывов, генералы Адольф Штраус и Вальтер Модель, оба любимцы Гитлера, командующие творческого склада ума. В последние годы неоднократно «встречался» Иван Степанович с генерал-фельдмаршалом Эрихом фон Манштейном, с детства впитавшим в себя дух военщины, дерзким и осторожным, хитрым и неутомимым в поиске оптимальных решений на поле боя. В разведывательных сводках штаба Конева значились также имена генерал-фельдмаршала Фердинанда Шернера, генерал-полковника Лотара Рендулича, проявлявших склонность к осторожным, чаще всего внезапным и нешаблонным действиям.
Известно, что среди множества причин, условий и факторов, формирующих историческую личность, на первом месте по праву стоит талант. Талант военачальника — в свежести и новизне замыслов, в искусстве в данный момент принять целесообразное для конкретной обстановки решение, в умении раскрывать планы противника, в постоянной работе в качестве организатора и воспитателя. Личная храбрость и бесстрашие, уверенность в успехе дела — такие же грани полководческого таланта, как идейная убежденность. Изучение операций, проведенных в ходе Великой Отечественной войны под руководством Конева, знакомство с документами тех лет, с лентами телеграфных переговоров, анализ принимаемых им решений и отчетных карт того времени свидетельствуют о том, что Иван Степанович мастерски владел основополагающими принципами военного искусства, обладал даром творчества, новаторства, оригинального мышления. Ему, как и любому полководцу, был присущ собственный почерк, свой стиль руководства войсками.
Как полководец И. С. Конев был способен не только правильно понимать и оценивать сложную обстановку, но и проникать в психологию противника, предвидеть его действия в конкретных условиях боевой действительности. Так было летом 1943 года под Харьковом, когда расчет делался на то, что противник, находясь в полуокружении, сам покинет город. Так было зимой 1945 года при освобождении Силезского промышленного района. Именно учет возможных действий вражеского командования позволял командующему войсками 1-го Украинского фронта в январе — феврале 1945 года смело идти на риск, оставляя в тылу крупные гарнизоны противника и тем самым решать главную задачу — в высоких темпах осуществлять его преследование и уничтожение главных сил. В этой связи генерал армии И. Е. Петров, сам командовавший в годы войны и армией и фронтом, а потому имевший полное моральное право давать оценку полководческому искусству И. С. Конева, подчеркивал его особый дар видеть поле сражения.
«Есть шахматисты, — говорил он, — которые могут играть, не глядя на доску: вся доска, все расположение фигур у них в уме. Так и Конев может представить себе расстановку соединений, не глядя на карту, точно сказать, что против них стоит и на какой местности».