В неволе, вспоминая и анализируя свои действия в налоговой службе, Болотаев отметил, что на этом поприще у него были приятные дни и даже такие, когда он просто торжествовал.
К примеру, тот день инструктажа у первого замминистра.
Спустился Тота Алаевич в свою каморку, ещё раз внимательно осмотрел образцы цвета чернил. Тут же сверил цвета чернил на резолюциях документов. Боже! Как всё гениальное просто! За эти дни у него накопилось, было на регистрации, сто двенадцать не отписанных писем и документов. Был просто простой… И вот в течение двух-трёх часов Болотаев с легкостью разбросал эту корреспонденцию по трём отделам.
Конечно, это на первый взгляд казалось, что эта работа уж очень проста и примитивна. На самом деле работа была очень тяжелая, ответственная и со всевозможными рисками и опасностями. Ведь недаром даже высший руководитель столь важной госслужбы каждую неделю менял цвета чернил. Каждую неделю специальный курьер доставлял ему и, значит, не только ему, но и другим (чуть не написал – казнокрадам) чиновникам такие же чернила.
Как позже Болотаев понял, все эти операции с чернилами и дорогими наливными ручками были не для того, чтобы некий заместитель руководителя департамента по работе с крупными налогоплательщиками мог сразу же разузнать пожелания руководства по тому или иному документу. Дело было совсем в ином.
Там, где большие деньги, – большие ставки, там большие риски и там жестокая конкурентная борьба, где, подделав одну подпись лишь один раз, можно стать богачом или, наоборот, банкротом, узником и даже трупом. И понятно, что подпись подделать нетрудно, а вот подобрать цвет, а главное, состав чернил, которые специально изготавливают в Швейцарии и используют лишь неделю, – не совсем легко. По крайней мере, как эффективную меру предосторожности, кто-то ведь это выдумал. И не зря. Даже после беглого осмотра поступающих к нему документов Тота Болотаев понимает, что идёт беспощадный грабёж страны.
Болотаеву известно, что даже крупные государственные нефтяные корпорации завышают количество вывозимой нефти и только на этом из казны, как возврат НДС – 28 %, – получают колоссальные доходы.
Так это государственные или акционерные компании, где вроде бы вся отчетность более-менее прозрачна. А ведь по документам, которые просматривает Болотаев, оказывается, что есть ещё масса так называемых компаний-«однодневок», которые также занимаются официальным бизнесом – по документам экспортируют нефть и тоже из бюджета просят и требуют возврата НДС.
В налогах и сборах Болотаев – новичок. Однако в нефтяной отрасли он хорошо разбирается – недаром докторскую защитил. Впрочем, и таких знаний иметь не надо. Надо просто посмотреть отчеты государственной статистики, и тогда Болотаев видит, что по бумагам, то есть по возврату НДС, количество нефти в два-три раза больше, чем фактически добывается в стране.
Об этом Тота хотел было заикнуться на расширенном совещании у министра, а потом вовремя одумался – ведь вокруг сидят госслужащие из различных ведомств и учреждений. И понятно, что в этой схеме задействованы многие структуры – от транспортников, таможни и пограничников до всяких проверяющих и контролирующих органов и «крыш». О количестве последних – криминальных авторитетов – Болотаев даже и не догадывался.
Как-то срочно вызывает Тоту первый замминистра, а там, в таком ведомстве, на почётном месте восседает какой-либо барыга с золотой цепью на шее, пальцы в перстнях, вальяжно развалившись, курит и попивает коньяк.
– Болотаев, – исполнителен голос замминистра, – компания «Джалотай лимитед» с Багамских островов у вас?
– Э-э, не помню.
– Как не помните?! Вчера вечером я вам с указанием «срочно» передал.
– Вчера «срочная» была «Локхид и К°» с Маврикия. И ещё от министра – Сейшелы.
– Да, – озабочен замминистра. – Пойдите найдите бумаги «Джалотай лимитед» и принесите. Быстрее!
Через пару минут Болотаев примчался обратно в кабинет первого замминистра. По цвету чернил там был отказ, и отдел Августины Леонидовны уже оформил это по протоколу госреестра, и переиграть это практически невозможно. Однако Болотаев, как говорится, уже многое на лету схватывает, и он, выгораживая замминистра, говорит: