Он произносит это так, что сердце начинает колотиться, а в груди разливается тепло. Неужели собирается мне признаться? Фотограф протягивает руку и немного нервно оглядывается. Если он боится моего отказа, то совершенно зря. Я готова идти за ним бесконечно долго и куда угодно, хоть вокруг всей планеты…
Но далеко уйти не удаётся. За поворотом путь преграждают три бандитские морды.
Интермедия третья
Вася сидел в аэромодуле с открытой дверью и смотрел на пролом в заборе. Прошло уже двадцать минут, фотограф унёс только один штатив и больше не появлялся. Сколько можно целоваться! Водитель прекрасно понимал, что его прогнали, чтобы не мешал не только съёмкам. Нашли место! Сняли бы сразу номер в гостинице и не дурили голову. А раз сюда попёрлись, могли бы для приличия хоть пару кадров сделать.
Вася выскочил, дважды обошёл аэромодуль и пожалел, что у воздушного транспорта нет колёс, чтобы от души пнуть. Он вспомнил, как отец, тот, родной, отыгрывался на «обувке» старенького «Москвича». Тогда, в детстве, Вася удивлялся: зачем? И лишь сейчас, спустя двадцать с лишним лет в другом мире, понимал батю.
Из-за забора не доносилось ни звука. Совсем недалеко жил крикливо-гудящий Город, но его пульс глушили шумопоглощающие панели вокруг территории Фабрики.
Водитель плюхнулся в салон и посмотрел на часы. Двадцать семь минут они там любезничают. Плюнуть на всё и закатиться в ближайший бар? Долбаный мир, долбаная планета, долбаный фотограф! Мало ему своих синекожих красавиц? Зачем обязательно к нашей Оле лезть?
Вася решительно набрал в коммуникаторе: «Загляну пока в „Застывшего Малого Коня“, закончите — пишите» и минут пять смотрел на экран, но сообщение оставалось непрочитанным. Видать, слишком увлеклись штукатуркой. Ну и хрен с ними.
Аэромодуль резко взмыл и покинул территорию Фабрики.
* * *
Вася сидел на высоком стуле и машинально гонял коктейльную трубочку в полупустом бокале по кругу. Который это уже бокал? А, неважно.
Рядом осторожно задержался бармен, кажется, уже раз четвёртый или даже пятый. Вася, не поднимая головы, рыкнул: «я в порядке», и персандец поспешил к другому концу стойки. Пусть все катятся в бездну! Он имеет право сидеть здесь хоть сутки. Никого даже не трогает. Хотя где-то между «Сном на пляже» и «Лиловым гуманоидом» возникло желание двинуть кому-нибудь в челюсть, но после «Мурр-тины» отпустило. Или это было после стакана «Гейзера Альтаира»?
На коммуникаторе опять загорелся вызов — и это после пятнадцати пропущенных. Упрямый дракон. Ведь не отвяжется, с того света достанет.
— Чего вам?
— Где вы? Почему не отвечаете на вызовы? Что-то случилось?
Голос Тахрана прозвучал неожиданно взволнованно, Вася не был уверен, что хоть раз раньше слышал такую интонацию у драконианца.
— Я не обязан отвечать в своё свободное время.
— По контракту ваше свободное время начинается только после завершения поездки в обе стороны, — уже ледяным голосом отчеканил Тахран. — Вы должны были сразу после съёмки отвезти Ольгу домой. Почему этого не случилось? Куда вы оба пропали?
— Свою жену отчитывать будешь, — огрызнулся Вася.
На том конце помолчали. Потом Тахран осторожно поинтересовался:
— Господин Типоворедкин, вы пьяны?
— Не настолько, насколько хотел бы.
— Вы везли Ольгу в таком состоянии?!
— Я не настолько идиот. Хоть и дурак. И ты тоже. Два дебила — это сила…
— Стоп. Где она?
Вопрос прозвучал так, что у Васи даже слегка прояснилось в голове. Но от этого лучше не стало.
— На съёмках, конечно, — ядовито ответил он.
— Какие съёмки? Прошло уже шесть с половиной часов! Я проверил, на Фабрике никого, на стоянке пусто. На вызовы не отвечает.
— Ясное дело, среди завалов неудобно. Небось сняли какой отельчик. И не до болтовни теперь. Что тебя удивляет? Она взрослая девочка. Давно пора устраивать личную жизнь.
Тахран опять замолчал. Вася глотнул из бокала, игнорируя трубочку, и помахал перед лицом, пытаясь развеять откуда-то взявшуюся струйку дыма. Что-то горит? Но запаха гари нет. И почему этот дым теперь сам завивается в спираль? Уже глюки? Что там было в бокале? Надо повторить…
Деловой голос драконианца отвлёк от дыма:
— В каком вы сейчас баре? Я заеду, заберу вас.
— Тебя так тянет кого-то опекать? Так усынови кого. А мне няньки не нужны. Я беру отпуск. Отгул. Прогул. Пиши в свои бумажки, как хочешь.
Не дожидаясь ответа, Вася сбросил звонок. Дунул на всё ещё висящий перед носом дым. Решил всё-таки не повторять коктейль, ведь теперь померещилось, что в воздухе складываются буквы «Вася». Залпом опрокинул остатки напитка, уронил голову на руки и закрыл глаза. В бездну драконов, девиц и весь этот идиотский мир.