Мы без приключений добираемся до ближнего поселения с больницей. Врачи сразу забирают Тахрана. На вопрос, что случилось, теряюсь: как рассказать про Асторию? Как бы меня саму не забрали в психиатрическое отделение. Водитель приходит на помощь и говорит, что в драке дракон отлетел и ударился о стену.
Нам разрешают подождать в коридоре. Вася молча стоит рядом и обнимает за плечи.
Наконец появляется врач.
— Странный случай. Физических повреждений и известных заболеваний мы не обнаружили, но общее состояние вызывает опасение. Связались с коллегами из столицы, обещали прилететь.
Нам предлагают пообедать в столовой, но мне не до еды. Вася тоже отказывается.
Через час в корпусе поднимается непонятная суматоха, которая меня пугает. От нас все отмахиваются, но Вася умудряется поймать медсестру и буквально припереть к стенке. Оказывается, сюда летит аж правительственная передвижная реанимация с консилиумом. От таких новостей у меня случается истерика. Водитель хватает в крепкие объятья и не выпускает, пока не начинаю реже всхлипывать. Приходит врач и даёт успокоительное.
Вскоре по коридору мимо нас торжественно шествует группа существ с очень важным видом. Все — в белых халатах. За ними бежит местный персонал. Делегация скрывается в палате.
Не успеваю поделиться с Васей переживаниями, что такую большую группу не стали бы вызывать по пустякам, как к нам подходят два пса-охранника.
— Просим пройти с нами.
— Вы кто? — строго спрашивает Вася.
— Комиссия по расследованию происшествия нуждается в ваших показаниях, — заявляет пёс повыше, не отвечая на вопрос.
— Никуда не пойду, пока не узнаю, что с Тахраном, — отрезаю я.
— Для него делают всё необходимое. Комиссии нужна информация, чтобы задержать того, кого называют Его Сферейшеством. И как можно скорее, пока он не спрятался или не сбежал в нейтральный космос.
Упрямо мотаю головой, но Вася убеждает, что дракону мы всё равно ничем не поможем, зато помочь задержать виновника в наших силах.
Посреди поля рядом с больницей возвышается крупный шаттл. Удивительно, как он сел на неподготовленную землю.
Внутри нас с Васей разводят в разные стороны.
Меня зовут в просторную комнату со светло-серыми стенами и столом в форме подковы. В центре стоит кресло, куда мне предлагают сесть.
Заходят семь существ и рассаживаются по дуге. Все они в форме без опознавательных знаков. Последним в вершину «подковы» садится лев. Он сообщает, что дело особой секретности, извиняется, что из-за этого не может называть имена коллег, и просит рассказать всё, что со мной происходило, максимально подробно.
Такая секретность не нравится, но вряд ли есть смысл возражать. Стараюсь сосредоточиться. Начинаю с момента, когда в развалинах мы столкнулись с космическими пиратами. Безымянная комиссия слушает внимательно, но молча, никак не выражает своё отношение к рассказу. Только когда подхожу к расправе над Солнышком, слушатели чуть шевелятся.
Лев просит остановиться и как можно точнее повторить, что магистр говорил о влиянии муз на память. Выслушав, некоторое время в полной тишине тычется в планшет. Наконец кивает:
— Продолжайте.
Остановка отбила желание углубляться. Приходится напомнить себе, что помогаю обнаружить и задержать преступника. Всё же умалчиваю о Дымке, говорю только, что музы налетели, потом я очнулась в комнате, а почему не тронули — не знаю.
Когда я подхожу к столкновению в коридоре, внутри поднимается странный зуд. Я запинаюсь и останавливаюсь перед моментом переноса на Асторию. Почему-то кажется, что звёздную арену лучше упоминать.
— И что случилось потом? — интересуется лев.
— Я… не помню. Похоже, я потеряла сознание. Когда очнулась, Тахран сидел на полу в углу, а магистр лежал, оглушённый Васей.
— Кем? — удивляется лириец.
Смущаюсь и поясняю, что это дружеское прозвище водителя. Скомкано завершаю рассказ тем, что мы дотащили Тахрана до аэромодуля и сразу полетели в больницу, умолчав об ожившем балахоне.
Замолкаю. Комиссия обдумывает услышанное.
— Что всё-таки случилось в коридоре перед появлением водителя? — подаёт голос тусклый, сморщенный хамелеон, сидящий справа от председателя.
Он пристально смотрит на меня, моргая поочерёдно то правым, то левым глазом.
— Я же говорю, потеряла сознание…
— Вы недоговариваете.
Теперь вся комиссия внимательно следит за мной. В воздухе повисло напряжение.
— С чего вы взяли? Я правда не помню. И вряд ли это поможет найти магистра.
— Возможно, вы почувствовали или вам привиделось что-то… необычное? Странное? — не успокаивается хамелеон. — Может быть, даже пугающее? Расскажите. Это действительно важно.