Выбрать главу

Перепроверяю еще несколько раз, постоянно обновляя страницу и убеждаясь в подлинности ссылки. Это официальный сайт Каннского фестиваля, где представлены участники, фильмы в номинациях и прочие мероприятия… Поверить нереально, но кажется, все равно придется.

Неужели дело многих моих лет и вправду завершено благодаря Максиму? Кажется, я столько лет представляла, как будет выглядеть наш фильм, актеры и титры, где будет мое имя. Дико интересно, как это вышло и почему Максим все-таки решил разделить эту победу со мной?

И что делать дальше? Соглашаться и провести с ним несколько дней в одной машине, пытаясь не вспоминать прошлое, чтобы не заплакать у него на глазах? Или же не тешить себя пустыми надеждами, переехать в Беларусь, оставив попытки стать сценаристом, и надеяться на карьерный рост? Что из этого глупость, а что из этого ошибка?

— Я… Я поздравляю тебя! Господи, твой фильм в Каннах! Взорваться можно! — радуется подруга, а я все так же сижу в ступоре, пытаясь собрать кусочки себя. — Слушай, но ты же говорила, что фильм не готов?

— Я сама не понимаю… Когда я ушла от Максима, не было даже первых сцен. Да, мы разработали с режиссером большую часть, но я ушла и перестала в это лезть. А что делал Максим после — не знаю. Но видимо, они досняли фильм… У меня столько вопросов.

Параллельно читая новости грядущего Каннского фестиваля, вычитываю, что знаменитый российский продюсер будет выбирать молодых авторов среди дебютантов для сотрудничества. Я почти взвизгиваю.

— Боже, там будет Алексей Сотников! Это тот самый продюсер, про которого я тебе говорила. Помнишь?

В трубке молчание — видимо, она совсем не помнит человека, про которого я рассказывала тучу времени, потому что он один из лучших продюсеров и специализируется именно на тех фильмах, которые я привыкла смотреть и писать. Боже, невероятное совпадение!

— А еще если мы выиграем пальмовую ветвь, то наш фильм будут снимать в полнометражном формате, обалдеть…

В голове какая-то каша, из которой я не могу собрать ни одну мысль, ни один вопрос и ни один ответ.

— Так, шенген у тебя есть?

Я вспоминаю, как за пару месяцев до расставания с Максимом мы хотела съездить в Европу, совсем не подозревая, что скоро предадим друг друга и расстанемся. Никогда бы не подумала, что этот шенген пригодится мне сейчас — и в такой ситуации.

— Ну есть, и что?

— В смысле что? Ты собираешь свои вещички и едешь с ним в Канны.

Я несколько секунд молчу, удивленная реакцией подруги. А где же советы игнорировать его и послать в задницу? Она так просто говорит о том, чтобы провести несколько дней в замкнутом пространстве с человеком, ради которого до сих пор готова на все, хотя не видела его уже полгода! И я самовольно ушла от него — отчасти оттого, чтобы больше не вспоминать те тайны, которые от него сохранила. А если я в этот раз их не сберегу?

— А где же твоя ненависть к нему?

— Лила, очнись! Это твой шанс! А если ваш фильм завоюет внимание режиссеров, и кто-нибудь предложит сотрудничество? Ведь многие сценаристы после каннского фестиваля ловят свою славу. Это твой шанс вернуться к тому, что ты любишь. И плевать на мистера бывшего парня: давай из-за него еще не носить короткие юбки!

А Карина в чем-то права: неужели я позволю прошлым обидам и страху забрать у меня шанс на счастливое будущее? Эх, жаль, моя подруга не так уверена относительно своего босса, который крутит ею, как хочет, а она и рада побыть юлой в его штанах.

Во мне теперь сомнения и борьба со своими же убеждениями. И вправду: какова перспектива моего переезда в Беларусь? Кажется, она пока очень призрачна, если сравнить с перспективой на Каннском фестивале… Небо и земля. Может, и вправду перебороть себя, чтобы дать своей карьере шанс? Моей самой главной мечтой остается возвращение к сценариям. Как я скучаю по тем вечерам, когда брала с собой горячий чай и безумное вдохновение, чтобы писать весь вечер. Как мне нравится складывать слова и сцены, придумывать героев и диалоги… Боже, я бы отдала все, чтобы вернуть это.

— Даже если представить это, то придется где-то ночевать в дороге, — размышляю я, прикидывая, сколько времени придется провести с Максимом и насколько тесно. — Потом Канны идут почти две недели… А еще дорога обратно. Это столько времени вместе, просто безумие! — возмущаюсь я, приложив ладонь ко лбу.

Звучит, как полный бред! То есть по такому плану я должна пережить с ним дорогу туда, провести с ним время в Каннах, да еще и обратно вернуться! Я что, похожа на сумасшедшую?

— А если поехать одной? И там пересекаться с ним, только если очень надо… Поехать с ним звучит, как стойкое «ты дура».