— Карина? Что случилось? — обеспокоенно спрашивает Лилит, и мне это совсем не нравится.
Не знаю, кто такая Карина, но кажется, у нее случилась беда.
— Кто «он»? Твой босс?
После этого глаза Лилит округляются, словно изображает меня, когда я услышал от нее пару историй сегодня. Она прикладывает ладонь ко рту, и в ужасе смотрит на меня, отчего у меня самого кровь стынет в жилах.
И я понимаю, что не смогу предпринять еще одну попытку поцеловать ее прямо сейчас. Потому что она начинает дрожать, словно в самом холодном месте Земли, и по ее взгляду понимаю, что должен быть рядом с ней. И помочь ей.
Ведь теперь я точно буду рядом с ней, чтобы ей больше не пришлось преодолевать свою боль в одиночку.
Если, конечно, это вся боль, про которую она мне рассказала…
16 глава. Каждому свой спаситель
Полгода назад
Лилит
— Дурацкие двери! — ругаюсь я, когда мои капроновые колготки цепляются за входную дверь, после чего в секунду появляется зацеп на лодыжке.
Я мысленно снова браню эту дверь, надеясь, что порванные колготки никто не заметит, как и наглаженную юбку, которая еще и слегка влажная после стирки — пунктуальность и собранность не мой конек.
— Здравствуйте, я к Тимофею Рудакову. Должна быть записана на десять как Лилит Васильева, - пытаясь скрыть раздражение, произношу я.
Девушка с огненно-рыжими волосами и беспардонно короткой юбкой секунд десять медлит, ища мои инициалы в мониторе компьютера, и, улыбнувшись, говорит:
— Ну, это, Тимофей задерживается. Но вот, на диван садитесь.
Стараясь не обращать внимания на заметную некомпетентность администратора, я с радостью плюхаюсь на мягкий голубого как небо цвета дивана, наконец-то облегченно выдохнув, так как очень уж боялась опоздать. Снова смотрю на раздражающую стрелку на колготках и решаю переместить свое внимание на более приятные вещи. Для компании, занимающейся дизайнерским интерьером, выглядит очень искусно: ничего не бросается в глаза, кроме рыжей копны на стойке администрации. Каждая деталь, могу поспорить, подбиралась с особенным вниманием, ведь никак больше не объяснить газеты, горшочки цветов, журналы и другие мелкие вещи, которые с особым умением вписаны в композицию помещения. Особенно мне нравится розовый пуфик на фоне желтой стены.
— Чай? Кофе?.. Колготки? — с еле видимой усмешкой спрашивает девушка с рыжими волосами и, видимо, без чувства такта. Хотя если она серьезно, от помощи бы не отказалась.
Я смущенно улыбаюсь, пытаясь понять настрой этой девушки — дружелюбна она или подкалывает?
— Ничего не подумайте, просто наша дверь, зараза, часто так делает и с моими колготками. Поэтому всегда ношу запасные. А они вроде нужны вам, — улыбаясь, кивает та на мою лодыжку, которую я старательно пытаюсь скрыть.
— Знаете, это спасло бы мою репутацию.
Девушка улыбается и начинает поиски где-то за стойкой, откуда видится лишь ее рыжая голова.
— Вы, кажется, будете брать интервью у Тимофея?
— Ага, это для журнала, если его можно так назвать, где я работаю.
— Если его можно так назвать? — с непониманием переспрашивает девушка.
Она кладет на стойку упаковку бежевых капроновых колготок, после чего я подхожу, проверив размер — самое то. А девушка стоит передо мной в полный рост, ожидая моего ответа. Ей и вправду интересно?
— Я называю его конторкой. Сужу по зарплате и перспективам.
Я здесь работаю совсем недавно — и не сказать, что мне нравится. Никаких полетов фантазий, и проявление креатива здесь считается отсебятиной, но брать интервью у откровенных придурков очень надоедает. Хотя это лучше, чем работать «принеси-подай-не мешай» или продавцом в ближайшем супермаркете. Хватает на квартиру и еду без излишеств — уже хорошо. Жаль только, что эта жизнь стала одинокой. Прошло не так много времени, а мне уже кажется, что дольше я не выдержу — у меня нет даже подруги, с которой можно обсудить все сплетни мира и опрокинуть бокал другой.
Девушка, огорченно улыбнувшись, показывает, где туалет, чтобы я смогла переодеть колготки, что и делаю следующие две минуты, размышляя о копне рыжих волос. Интересно, она давно здесь работает? Выглядит молодо — словно моя ровесница.
Вернувшись, вижу две горячие кружки чая и шоколадку на небольшом круглом столе, куда удобно было бы положить ноги. Жаль только, что таким удобством я точно не располагаю.
— Спасибо за колготки, — обращаюсь я к девушке, которая садится на диван, приглашая меня. — Могу отдать наличкой.