Он сделал едва заметную паузу и добавил, глядя прямо перед собой:
— Предупреждение о мирах, где все становится слишком упорядоченным.
Он произнес цифры — «четыреста пятьдесят один» — медленно, с едва уловимым нажимом.
Воздух в легких Дарьи внезапно закончился. Она замерла, не в силах вздохнуть.
Код 451.
Ее мир, который только начал трескаться, теперь рассыпался в пыль. Это не было совпадением. Это не было случайностью. Это был сценарий. И он, этот невыносимый, спокойный человек с книгой, был его режиссером.
Ее научный эксперимент с треском провалился, потому что она с самого начала была не ученым, а главным подопытным кроликом. И она только что вошла в клетку.
Глава 6
Первоначальный шок прошел, оставив после себя холодную, звенящую ясность. Разум Дарьи, ее главный инструмент, заработал с удвоенной скоростью. Он отбросил эмоции и начал выстраивать логическую цепь, анализируя события последних двух дней как вражескую кибератаку.
Шаг первый: внедрение. Кофейня, пролитый напиток — идеально спланированная операция по отвлечению внимания.
Шаг второй: установка вируса. Подмена ноутбука.
Шаг третий: активация. Абсурдная рекомендация, сгенерированная чужеродным кодом.
Шаг четвертый: сопровождение. Его появление здесь, в этом кресле, с этой книгой.
Все звенья сошлись. Картина была полной и ужасающе логичной.
Она медленно повернула к нему голову. Ее голос, когда она заговорила, был тихим, чтобы не привлекать внимания сонного салона, но каждый звук был отточен, как лезвие скальпеля. Это был не вопрос. Это было обвинение.
— Это все вы. От начала и до конца. Это ваша работа.
Матвей спокойно закрыл книгу, вложив между страниц старый автобусный билет вместо закладки. Он отложил ее на колени и повернулся к Дарье. Он не выглядел виноватым или застигнутым врасплох. Он смотрел на нее прямо, открыто, с тем же спокойным любопытством, с каким, наверное, энтомолог разглядывает редкую бабочку, только что вылупившуюся из кокона.
— Кто вы? — продолжила она тем же ледяным тоном. — На кого вы работаете? «Конкурент-аналитикс»? Промышленный шпионаж? Или это какой-то изощренный психологический эксперимент? Какова цель этого спектакля?
Она пыталась вскрыть его, препарировать его мотивы, найти в нем знакомую и понятную логику — логику выгоды, конкуренции, исследования. Она пыталась загнать его в одну из ячеек своей ментальной таблицы, классифицировать как угрозу с известными параметрами.
Он выдержал ее взгляд и чуть заметно улыбнулся.
— Я не работаю «на кого-то», Дарья. И это не спектакль.
Он сделал короткую паузу, словно подбирая единственно верное слово.
— Назовем это... дружеским толчком.
***
«Дружеским толчком». Это словосочетание взорвалось в сознании Дарьи, как логическая бомба. Дружеским? Он называет это вторжение, эту манипуляцию, этот саботаж ее жизни — дружеским?
Холодное самообладание оставило ее. Она не закричала, нет. Ее ярость была другой — высокотемпературной, но бесшумной, как плазма.
— Вы называете это дружбой? — ее голос стал еще тише, но теперь в нем звенела сталь. — Вы вторглись в мою частную жизнь. Вы скомпрометировали мою рабочую систему, мой главный профессиональный инструмент. Вы манипуляцией заставили меня совершить абсолютно иррациональный поступок! По каким протоколам безопасности это можно классифицировать как «дружеский» акт?
Она атаковала, обрушивая на него термины из своего мира, как удары. Система. Протоколы. Классификация. Она пыталась загнать его в свою систему координат, заставить говорить на своем языке. На языке, где у всего есть свое место и свое определение.
Она подалась чуть вперед, ее глаза сверкали.
— Я создаю порядок. Порядок — это безопасность. Это эффективность. Это предсказуемость! Это защита от боли, которую приносит ваш хваленый, бессмысленный хаос!
Последние слова вырвались у нее с неожиданной, почти отчаянной силой. В них на мгновение прорвалось что-то глубоко личное, не из отчетов и презентаций, а из той запертой комнаты в ее душе, где хранились обломки прошлого.
Она тут же взяла себя в руки, вернув лицу непроницаемое выражение.
— У ваших действий должен быть рациональный мотив. Деньги? Вы хотите украсть мои разработки? Или это чей-то заказ, чтобы меня дискредитировать? Или вы ученый, и я — ваш подопытный кролик? Я не верю в бесцельные поступки. Объясните вашу конечную цель. Логически.
Она откинулась на спинку кресла, скрестив руки на груди. Она бросила ему вызов. Она была уверена, что сможет вскрыть его логику, какой бы извращенной она ни была. Потому что мир, в котором люди совершают поступки без всякой логики, для нее просто не существовал.