Март в приморском городе
Март в приморском городе
1
Синее небо затянуто редкими, почти прозрачными облачками. Наверно, эти облачка не дают солнцу нагреть землю и растопить остатки снега. Прошедшие через оконные стёкла, лучи приятно согревают кожу лица. За окнами слабый ветер качает голые ветки деревьев, серо-коричневый ствол винограда лежит на старых брусьях. Опять утро этого дурацкого, холодного, почти бесснежного марта. Бросил в чашку с кипятком пакетик чёрного чая, попробовал – Может ещё один бросить? – Бросил ещё. Насыпал две ложки сахара, попробовал – Чёрт его знает. У бабки лучше получалось. - Баба Вера умерла несколько месяцев назад. Мать он не помнил. От бабки осталось семьдесят тысяч. Наверно успела накопить, когда Витя работал. – Нужно где нибуть на работу устроиться – О том, что нужно на работу устроиться, он говорил себе уже несколько месяцев. Как то не получалось. – Пойду в город, может, что нибуть узнаю –
Ноги сами собой привели к двери, над которой висела скромная вывеска – КАФЕ – На самом деле это была распивочная. Водка, которую здесь продавали, была произведена по максимально низкой себестоимости. И это, конечно, не способствовало её качеству и здоровью пьющих её людей. – Пойти, что ли яду накатить - За углом был дворик, в глубине которого, круглые сутки продавали самогон почти смертельный для человека. Стоил он очень дёшево. – Не возьму сотку водки. Яд на похмелку – тяжело – Стал в очередь – Я за вами буду? – Послышался очень вежливый голос за спиной – Обернулся. Мужик, лет сорока, чисто выбрит, очки в золотой или позолоченной оправе, ростом чуть выше Вити. Тёмно синий костюм, белая рубашка – Ну становись – Спасибо – Спасибо много, сто грамм хватит - Будет сто грамм – Поспешно ответил мужик.
Сели за столик. – Меня Сергей зовут – Представился мужик – Меня Виктор – Водка здесь не очень – Покривился Сергей – Мог себе лучше взять – Мужики пьют. Я как все – Мужики и яд пьют – Засмеялся Виктор – Яд? – Тут за углом, во дворике, самогон продают. А ты откуда взялся? – Я не взялся, я приехал – В командировку? – Вроде того. Давай ещё по сто, хорошей – Ну давай –
- Где у вас гостиница? - Спросил Сергей, когда они вышли покурить. – Здесь, недалеко, минут десять хода – Может, проведёшь? – Пошли – Когда дошли до поворота на центральную улицу, Виктор предложил – Давай, у меня переночуешь? – Неудобно. Твои что скажут? – Я один живу. Давай ко мне –
Поднялись по вымощенной булыжником улице, свернули в переулок. За, когда-то давно, покрашенном зелённой краской забором стоял маленький домик. Небольшие окна прятались за ветками старых вишен. – Как тебе моя хаза? – Сергей слова хаза не знал, но вопрос понял – Классно домик как будто Поленов рисовал – Это кто такой? Чего ему мою хазу рисовать? – Художник такой был. Он любил такую натуру рисовать –
В домике – три маленькие комнаты и кухня. Сели за стол на кухне. Сергей достал из сумки бутылку непривычной формы, с яркой этикеткой – Ничего себе – Шотландское виски – Так оно стоит…. – Хотел одному подарить – Не подарил? – Да пошёл он.… Давай рюмки – Рюмки давно побились – Виктор поставил на стол две фаянсовые кружки.
- Ты, один живёшь? – Бабушка недавно умерла – А родители? – Мать я не помню. Отец на зоне помер, когда третий срок тянул – А дед? – Дед дома помер. Дед в большом авторитете был – Ты тоже сидел? – Уже предвидя ответ, спросил Сергей – У меня, пока, одна ходка – Почему пока? Иди, работай – Не хочу – Сидеть, что -ли хочешь? – Сидеть, не сидеть. Как карта ляжет – Сергей налил по пол чашки. Выпили – А у тебя тепло – Домик дед в семидесятку выложил – Как это в семидесятку? – Камень можно вдоль ложить, сена тонкая получается, а если поперёк, семьдесят сантиметров, почти метр. Я вчера утром протопил, до сих пор тепло. А вы там в Москве не мёрзнете? – Не. Топят нормально. Хотя с картинами морока – Какими картинами? – Я картины коллекционирую. А картинам постоянная температура нужна, и проветривать нужно – Ничего себе. Откуда у тебя эти картины? – Коллекцию ещё дед собирать начал. Я срели картин вырос. – Ну и что эти картины? – Ничего. Висят картины. Мои картины! – Так каждый день их смотреть – надоест – Ты не понимаешь. Это мои картины. Пойми – они мои! Дед начал собирать, потом отец. Теперь я – А чего ты сюда приехал? – Тут Андрей Иванович живёт. Он тоже коллекционер. Хотел у него картину купить. А он, сука в отказ пошёл! – О! Ты уже по нашему заговорил – Я цену добавил. Потом ещё добавил – Что такая картина хорошая? – Мне она нужна. У меня уже две картины этого художника есть. Я уже знаю где её повесить – Так это понятно – дома на стену – Нужно чтобы она смотрелась, сочеталась с другими – Ну и чёрт с ним. Другую купишь - Мне эта нужна – Добавь ещё – Уже добавил. В два раза цену поднял – Ну вы коллекционеры даёте – Ты не понимаешь – Виктор некоторое время смотрел в окно, на блестевшие в лучах мартовского солнца ветки вишен, на, слегка запорошенную снегом, виноградную решётку – Серёга, а если украсть у него эту картину? – Кто её украдёт? – Я украду. Где он живёт? – На этой горе, только с другой стороны. У него свой дом – Так это то, что надо! Сколько заплатишь? – Хорошо заплачу. Только ерунда это – Почему ерунда? - Он заявит в полицию. Искать начнут – Одну картину? У него документы на неё есть? – За документы платить надо. Он мужик жадный. – Никто ту картину искать не будет – Я её пару лет никому показывать не буду. Потом документы сделаю. Андрей Ивановичу уже за восемьдесят…. Ты, правда, её украсть сможешь? - Надо сходить, посмотреть, разузнать. Это быстро не делается. – Сколько дашь? – Пять тысяч баксов – Десять – Семь – Договорились…. А если тебя поймают? – Я по любому скажу – залез, что под руку попалось – взял. Так срок намного меньше. Если по предварительному сговору, срок оё – ёй. Пошли, домик покажешь. Как картина называется? Ты мне её опиши –