- Иди сюда – У тебя температура – Нет уже температуры - Я тебя поцелую и всё – Ну ты придумала – А вдруг дед зайдёт. Подожди. Он скоро уедет –
Перед отъездом дедушка пожелал выздоровления и попрощался. Марина проводила его до калитки и вернулась. – Иди ко мне – У тебя температура – Уже нет температуры – Он протянул ей градусник – Всё равно тебе ещё лежать нужно – Подойди поцелуй меня – Поцелую и всё – Они долго целовались, потом он сказал – Ты помнишь, как мы первый раз друг-друга увидели? – Не заставляй меня краснеть - Я тебя увидел и ушёл – Ушёл, слава богу – Сейчас я буду стоять в тёмном коридоре, а ты зажжешь свет в своей комнате и откроешь дверь – Ну и что? – Я не уйду, подойду к тебе – Подойдёшь и начнёшь меня раздевать? – Ты, что тгода одетая была? – Господи. Ему только двадцать два! Что дальше будет? – Пошли. Ты зайдёшь в ту комнату и включишь свет. Только раздеться не забудь – Ужас какой-то. Я не пойду – Марина, ну пожалуйста. Мне очень хочется увидеть тебя…. – Голой? – Голой. Пошли – Где ты на мою голову взялся? – Марина, ты голая на богиню похожа – На какую богиню? – Ну, эти… древние лепили – Я похожа на древне - греческую богиню? – Ты красивей! – У Марины закружилась голова, и она пошла за Виктором.
Дверь открылась. Марина, совершенно голая, стояла в дверном проёме. Виктор обнял её….
Через месяц они поженились.
КОНЕЦ
7
Март в приморском городе
1
Синее небо затянуто редкими, почти прозрачными облачками. Наверно, эти облачка не дают солнцу нагреть землю и растопить остатки снега. Прошедшие через оконные стёкла, лучи приятно согревают кожу лица. За окнами слабый ветер качает голые ветки деревьев, серо-коричневый ствол винограда лежит на старых брусьях. Опять утро этого дурацкого, холодного, почти бесснежного марта. Бросил в чашку с кипятком пакетик чёрного чая, попробовал – Может ещё один бросить? – Бросил ещё. Насыпал две ложки сахара, попробовал – Чёрт его знает. У бабки лучше получалось. - Баба Вера умерла несколько месяцев назад. Мать он не помнил. От бабки осталось семьдесят тысяч. Наверно успела накопить, когда Витя работал. – Нужно где нибуть на работу устроиться – О том, что нужно на работу устроиться, он говорил себе уже несколько месяцев. Как то не получалось. – Пойду в город, может, что нибуть узнаю –
Ноги сами собой привели к двери, над которой висела скромная вывеска – КАФЕ – На самом деле это была распивочная. Водка, которую здесь продавали, была произведена по максимально низкой себестоимости. И это, конечно, не способствовало её качеству и здоровью пьющих её людей. – Пойти, что ли яду накатить - За углом был дворик, в глубине которого, круглые сутки продавали самогон почти смертельный для человека. Стоил он очень дёшево. – Не возьму сотку водки. Яд на похмелку – тяжело – Стал в очередь – Я за вами буду? – Послышался очень вежливый голос за спиной – Обернулся. Мужик, лет сорока, чисто выбрит, очки в золотой или позолоченной оправе, ростом чуть выше Вити. Тёмно синий костюм, белая рубашка – Ну становись – Спасибо – Спасибо много, сто грамм хватит - Будет сто грамм – Поспешно ответил мужик.
Сели за столик. – Меня Сергей зовут – Представился мужик – Меня Виктор – Водка здесь не очень – Покривился Сергей – Мог себе лучше взять – Мужики пьют. Я как все – Мужики и яд пьют – Засмеялся Виктор – Яд? – Тут за углом, во дворике, самогон продают. А ты откуда взялся? – Я не взялся, я приехал – В командировку? – Вроде того. Давай ещё по сто, хорошей – Ну давай –
- Где у вас гостиница? - Спросил Сергей, когда они вышли покурить. – Здесь, недалеко, минут десять хода – Может, проведёшь? – Пошли – Когда дошли до поворота на центральную улицу, Виктор предложил – Давай, у меня переночуешь? – Неудобно. Твои что скажут? – Я один живу. Давай ко мне –
Поднялись по вымощенной булыжником улице, свернули в переулок. За, когда-то давно, покрашенном зелённой краской забором стоял маленький домик. Небольшие окна прятались за ветками старых вишен. – Как тебе моя хаза? – Сергей слова хаза не знал, но вопрос понял – Классно домик как будто Поленов рисовал – Это кто такой? Чего ему мою хазу рисовать? – Художник такой был. Он любил такую натуру рисовать –