- Все выглядит так, будто она сама покончила с собой, - озадаченно говорит мужчина, потирая виски. - Но это на первый взгляд, - томно говорит он, резко вздыхая.
- Что не так? - неожиданно задает вопрос Роки, что только что присоединился к нам.
- Когда мы нашли тело, все выглядело так, будто девушка вскрыла вены.
Я опустил голову на тело девушки, которую не раз благодарил за то, что она смотрит за Миркой, когда та еще была маленькой. Некогда милая, худощавая блондинка с большим и добрым сердцем, сейчас едва ли была похожа на себя прежнею. Ее руки были сложены на груди, губы покрылись мертвецкой синевой, а волосы…нельзя было точно сказать, что она хоть и крашенная, но все же блондинка. Грязь и кровь испачкали ее волосы до неузнаваемости. Девушка была одета в полупрозрачное белое платье с опущенными рукавами, а на ее груди будто поработал искусный шкурник. На коже были вырезаны незнакомые мне символы на Астерийском языке.
- Но осмотрев ее более детально, мы поняли, что проводился какой-то обряд. На груди обнаружили символы на неизвестном ни нам, ни гуглу языке. Лицо ее избито, о чем свидетельствуют синие кровоподтеки на лице. На правой руке отсутствуют ногти, что говорит о том, что она скорее всего боролась, либо пыталась откуда-то выбраться. На запястьях и щиколотках так же имеются кровоподтеки, что говорит о том, что ее скорее всего держали в наручниках или…
- На цепи, - сквозь зубы, тихо произносит Роки.
- Нужно провести экспертизу. Это всего лишь внешний осмотр, - печально произносит служитель закона, смахивая со лба влагу дождя.
- Хорошо, мы отдадим тело на экспертизу. Но никто… - все так же зло процеживает друг, что с трудом уже мог держать свои эмоции в руках.
- Как всегда, мистер Маилз. Никто не узнает, я позвоню Вам, когда мы все узнаем.
Пока Роки и Михаил продолжали решать вопросы, я аккуратно подошел к телу, для того, чтобы осмотреть его самостоятельно. Присев перед девушкой на корточки, я еще раз окинул ее внимательным взглядом.
И, казалось, ничего нового я не увидел, все та же Роза, только не улыбчивая и живая, а окровавленная, избитая и к тому же мертвая.
- Леонор, нам пора, - послышался позади голос Роки.
Я махнул ему рукой и уже собирался встать, когда понял, что в сложенных руках девушки что-то зажато. Незаметно ото всех, я быстро вытащил из ее рук смятый клочок бумаги.
Развернув его, я в буквальном смысле оцепенел от ужаса, на маленьком клочке бумаги кровавыми буквами было нацарапано одно единственное слово:
"Леаина"
Что обозначало в переводе с Астерийского: львица дня, белая львица.
Рука друга тяжело легла на мое плечо, когда я поднялся на ноги, от неожиданности и блуждающих мыслей, я вздрогнул.
- Они позвонят, когда проведут полную экспертизу.
- Уходим, - привычно скомандовал я.
Мы обернулись, чтобы отправиться в поселение, когда меня буквально прошибло током. Мой лев громко взревел, поджимая в подчинении уши, склоняя голову на доносящийся откуда-то из глубин души чей-то рык.
Я обернулся посмотреть на Роки, что должен был бежать позади. Но вместо гордо бегущего золотистого льва, мой взгляд уловил упавшего в грязь льва, что отдавал честь и подтверждал свое полное подчинение неведомому зову.
Что это такое, вашу мать?
Глава 16.
Метнувшись к окну, сквозь тяжелый проливной ливень, я заметила два знакомых силуэта. Роки и Мир, обернувшись в человеческие облики, входили на территорию поселения тревожно о чем-то разговаривая.
У меня было мало времени, а точнее его и вовсе не было. Нужно было каким-то магическим образом попасть в дом Ларии, в свою комнату, при этом, не попадаясь никому на глаза.
"Никто не должен знать твой секрет!" - пульсировал в голове голос мамы.
Я больно ухватилась за все еще саднящее плечо и горестно взглянула на парней, что уже подходили к дому. Выход был один, и раз мне нужно сохранить мой секрет, я не могла медлить.
Я отодвинула воздушную тюль в сторону так, чтобы с улицы никто не мог меня увидеть. Аккуратно приоткрыв створку окна, я нараспев начала мурчать. Имитируя таким образом известную львиную колыбельную "Голос Мурая".