"Что ты имеешь ввиду?"
"Ненависть и любовь, Марта, тонко граничащие чувства. Я ненавидела его за все, ведь он даже не пытался скрыть своих намерений. И в то же время пылала всей душой от его прикосновений и ласк. Виктор был щедрым и добрым вампиром. На мои сто он подарил мне кольцо света, и уж поверь, в те времена было крайне сложно его достать. А после двух столетий совместной жизни, он пытался меня убить и не смог. Не смог убить и хотел прогнать, вот только я не хотела уходить..." - девушка задумчиво замолчала, вновь прикрывая глаза пушистыми ресницами.
"А что стало с твоим отцом?"
"Граф Ариас вскоре умер, брата казнили за измену, отец воспитал его по своему собственному подобию..." - презрительно произнесла вампирша.
"А Виктор? Что с ним?"
"Кто знает, Марта…"
"Не хочешь говорить?"
"Для всех он умер, пусть так и будет."
"Ринора Ариас Мормо" - будто смакуя, вторила я ее имя.
Девушка по-доброму улыбнулась мне, вставая на ноги, а затем скрылась в лесном массиве.
Глава 47.
Я продолжала сидеть возле водной глади, наслаждаясь успокаивающимся дождем и телом львицы, пока меня не позвали кушать. Львы уже около двадцати минут что-то готовили на костре. Ринора вальяжно раскинулась рядом с мужчинами, вытягиваясь во всю длину своего тела на мягкой, шелковистой травке.
Я собиралась скрыться среди деревьев, чтобы спокойно вернуться в человеческую ипостась и одеться. Проходя мимо вампирши, мой взгляд случайно зацепился за ее метку, что величественно красовалась на ее шее. Черный с красным отливом узор занимал небольшой участок ее шеи, краешком заходя за ушко вампирши. Ее метка была демонической! И ведь эта мысль уже посещала мою голову…
Устало отведя взгляд от девушки, я скрылась за деревьями, пытаясь не думать о странной метке Рин. Но если все так, как она рассказала, и ее действительно обратил вампир, живший на земле еще задолго появлени, Астерийцев на земле, откуда у нее такая метка? Ведь в то время у вампиров, если они и существовали на земле, не было никаких меток, и уж тем более полудемонических!
Скрывшись за толстыми стволами деревьев и отойдя подальше от нашего "лагеря", я с легкостью обернулась в человека, испытывая при этом если не экстаз, то сильно пьянящее удовольствие точно. Увлеченная новыми ощущениями я самозабвенно надевала подобранную Рин одежду, что, убегая, я оставила в лесу. Наряд в стиле вампирши состоял из черных кожаных штанов, короткого топа и грубых военных ботинок, что прекрасно подходили для долгих прогулок в непроходимых лесах вроде того, в котором мы сейчас и находились. По своему обыкновению, нижнего белья мне вновь не удосужились предложить.
Стоило ремешку на топе звонко клацнуть, предзнаменовав окончание моего преображения, как из-за дерева вышел уже чем-то недовольный Мириан.
- Тут занято! - громко произнесла я, расчесывая свалявшиеся волосы. - Ищи себе другое место!
Лев опасно сверкнул льдинками глаз, подходя ближе ко мне. Оборотень был чем-то крайне недоволен, если не сказать взбешен, в его глазах читалась сильная неприязнь и страсть, от которой он, отчего-то, еще больше выходил из себя.
- Я искал не кусты для нужды, а пришел поговорить, - грозно произнес мужчина, так, чтобы я поняла, этого разговора нам не избежать.
- Слушаю, - надменно произнесла я, вскидывая высоко подбородок, на что оборотень лишь слегка улыбнулся, тут же пряча свою улыбку за напускной сдержанностью.
- Роки…Это он убедил меня, что этот разговор необходим.
- О чем ты хотел поговорить?
- Мы истинная пара, так?! - не спрашивал, утверждал лев. Он повернулся ко мне спиной, устремляя свой взгляд куда-то вдаль. Отчего-то мне показалось, разговор будет непростым, и самому льву он явно давался с трудом, от него то и дело исходили искры боли и разочарования. Только вот в чем он успел так сильно разочароваться, поговорив с Роки с полчаса?
- Так, - уверенно произнесла я, не сомневаясь ни на секунду.
- Ты ведь знаешь, нам нужно было бы пройти ритуал, признать друг друга в храме. Пожениться по всем обычаям.
- К чему ты клонишь, Мир? - непонимающе спросила, делая шаг к мужчине.
Он лишь отшатнулся от меня, будто кожей чувствуя мое приближение.
- Ты ведь знаешь, что мою семью вырезали во время чистки, так ведь? Уверен, кто-то говорил тебе об этом.