Дальше все как в замедленной съемке, я произношу последние слова призыва и раздается звук лопающегося стекла. Мужчина падает на колени, не в силах сказать и слова. А я уверенно и четко произношу слова полного призыва:
- Я Марта Мурас, единственная выжившая наследница Черного короля, великого из последних правивших прайда "Черных-охотников", взываю ко всем, кто меня слышит. Придите на мой зов и помогите мне в тяжелый час в память о всех достойных правителях из династии Мурас.
Глава 60.
Невидимая стена треснула, рассыпавшись на миллион невидимых кусочков. Звонкие нотки рассыпающегося по полу стекла навсегда отпечатаются в моей голове напоминанием о том, что нет ничего невозможного. Виктор с минуту сидел на коленях, понуро опустив голову и не подавая ровным счетом никаких признаков жизни.
Я аккуратно сделала шаг назад, но не заметив стоящей позади высокой напольной вазы с трудом смогла удержать равновесие. В теле ощущалась слабость, голова немного подкруживалась, словно я весь день провела, работая на поле. Усталость сковывала тело и затормаживала сознание.
Звук падающей вазы, что впоследствии покатилась по полу, никак не отразился на позе Виктора. Оборотень самозабвенно продолжал сидеть на коленях. Приглядевшись повнимательнее, я поняла, что он не просто сидит. Лев молился. Устремляя ладони вверх и глубоко склонив голову, мужчина еле слышно шептал слова молитвы к умершим предкам.
Я сделала неуверенный шаг в его сторону, протягивая ладонь к его плечу, когда за окном раздался уже знакомый вой. На улице, на участке небольшого дворика вновь кричала Банши!
Стоило мне на мгновение отвлечься на жалобный плачь королевского вестника, как оборотень, что секунду назад находился в своеобразном трансе, чуть не укусил меня за протянутую к нему руку, что я чудом успела отдернуть.
Он быстро вскинул голову, устремляя на меня взгляд почти обезумевших черных глаз. Сделав резкий шаг назад, я больно ударилась бедром о комод. Но боль эта была ничем, по сравнению с вдруг ожившим, угрожающим мне сейчас львом.
Вскочив на ноги, мужчина в одно движение оказался вплотную со мной. За окном вновь послышался вой, а затем и надрывный, переменно протяжный плачь Банши.
Все происходило до безумия стремительно, оборотень двигался быстро, черезчур быстро. Его движения были четкими, отточенными, направленными на цель. Я же сейчас не отличалась ловкостью движений и скоростью, усталость еще не прошла до конца и сейчас значительно мешала.
Миг, и рука мужчины ловко и незаметно для моего затуманенного взгляда оказывается позади моей головы. Виктор с силой хватает меня за основание волос на затылке, больно дергает, заставляя тем самым склониться перед ним на колени. Я с трудом выдерживаю его натиск, а после звонкой пощечины, не выдерживая, падаю.
- Ты могла быть хорошей девочкой, Марта! Мы могли обойтись малой кровью, я хотел сделать все как положено! Но теперь, ты не оставила мне выбора! - недовольно и с каким-то нездоровым предвкушением в голосе произнес оборотень.
Одна рука льва продолжала находиться у меня на затылке, больно сдавливая волосы, тем самым не давая возможности опустить голову. Вторая же его рука до ужаса омерзительно-нежно заскользила от мочки моего уха по шее, поглаживая и лаская, она двигалась к приоткрытому вырезу на моем декольте.
Мужчина громко сглотнул с трудом отводя свой звериный взгляд от моего тела.
- Не нужно смотреть на меня с презрением, через мгновение ты будешь желать меня не меньше! - уверенно говорил мой брат.
Склонив голову на бок, лев медленно опускал свои приоткрытые губы к моей оголенной шее. Сначала, я не поняла его действий, восприняв как просто попытку приступить к прелюдиям. Но когда же Виктор замер в сантиметре от моей кожи, громко втягивая мой запах, я осознала то, чего он хотел.
Втянув и, казалось, распробовав мой запах на вкус, оборотень буквально на глазах изменился в лице. Мерзкую ухмылку и липкий взгляд предвкушения словно стерли с его лица. Взгляд стал до ужаса яростным, губы искривились в злобном оскале, опасно оголяя острые зубы, что теперь были готовы вонзиться в мое горло.
- Мерзкая шлюха! - яростно заорал оборотень, откидывая меня в сторону звонким ударом по лицу. И было в его голосе все: и разочарование, и боль, и смертельная обида. - Я сделал тебе такой подарок, лишил твоего врага жизни! А ты оказалась падшей! Недостойная шлюха!
Упав на пол, я успела выставить перед собой ладони, тем самым предупреждая удар о пол. Мой звонкий, истеричный смех, что разнесся в это мгновение по комнате, казалось, можно было услышать на самых отдаленных участках страны.