Теперь только понял истинное намерение бабки, недаром столько добра ему впихивает; они с мужем сдвинутые в этом деле. Для своей ненормальной услады хотят заманить в постель, потом и грохнуть, как этого несчастного, головой об стенку. Голос его задрожал,
― Ни о чем больше не рассказывай, дорогая. Не надо подробностей, я не любопытный. Что вы с ним сделали потом вдвоем, куда спрятали труп бедняги, даже не хочу знать, – нервно оглядываясь по сторонам, стал вываливать все драгоценности из-за пазухи на стол.
― А что тут знать, он его потом сварил и съел, вот только и успела вырвать из лап зверя ненасытного. Собиралась откушать, да не успела, слишком горячим был.
Развернула тарелочку, где лежал небольшой кусок вареного жилистого мяса. У Трофима, который раз за сегодняшний вечер глаза кверху полезли. Кокетливо вытягивает крашеные губы,
― Разинь роточек, положу кусочек. Не пропадать же добру. Пока нам принесут пирогов, перекуси, а после вместе расправимся с изувером, – пригрозила взглядом в сторону мужа. – Надо наказать неблагодарную скотину. Столько дней жизни посвятила ему и вот отдача!
― На меня не рассчитывайте! Не могу! Не хватает решительности даже петуху голову снести, и спать не могу с каждым по очереди. Не привык! Особенно с мужеским полом. Представления не имею, как это делается.
Не могу откушать этой стряпни! Вчера уже отобедал. Сегодня сыт по горло, дальше некуда. – Вид такой кислый, испуганный даже.
― Я пока прошу, попробуй, козлик. Не спеши отказываться, потом ведь пожалеешь, да будет поздно, – как-то странно, словно угрожая.
― А что, полагаешь, у меня выбора нет? – оглядывается назад на мужика. Попробуй, угадай, что у того в мозгах, сейчас, как грохнет чем по голове, а потом, ровно пьяного, и утащат к себе в постель.
― Оно, конечно, с перчиком, да с приправками может и хорошо, только тебя, то есть вас с хозяином, объедать не смею. Кушайте, на здоровье, наслаждайтесь. По крайней мере, труп прятать не надо. Съели – и все дела! Вот выпить могу, – жадно схватил бокал. Пьет вино взахлеб, а глаза поневоле вонзились в блюдо. – А тарелочка, небось, не простая.
― Обижаешь, солнце мое, золотая.
― Пожалуй, если мощи эти уберешь, – стал сомневаться в дальнейших действиях. – То я в одиночестве на досуге помяну вашего общего друга, убиенного невинно до срока. Я полный и глубокий, очень глубокий вегетарианец, только что понял. Душа моего сердца совершенно против мясного питания, особенно убитую мертвечину не переносит. А блюдечко-то ничего, можно поближе разглядеть?
― Вирена, дорогая, неужели тебе этот клятый, крикливый петух дороже, чем я, твой любящий супруг, – заскулил толстяк за его спиной. – Прости меня, я погорячился, достал он меня сильно своим воплем, каждое утро одно и то же.
Она лишь злобно прошипела что-то в ответ. И тут вдруг Трофим понял, что напоминает ему этот кусок мяса. Это куриный, то есть петушиный окорочок. До него дошло, что за мальчики и девочки были в саду. Он их, конечно, видел. Это куры и петухи. Ну, конечно, голые! Они же в перьях. Кто их раздевать будет?
Так это всего лишь тот Петька, что с ним на кладбище ночь провел. Это он, дружок, ее любимый мальчик!
У-уф! – вмиг отлегло от сердца. Его жаль, безусловно, конец бесславный, но, если бы он ему над головой среди ночи разорался, в тот же момент был бы прикончен. Вздохнул с облегчением.
― Я – то думаю, что за знакомый портрет? Кого он мне напоминает? Теперь понятно! К слову сказать, такой же костлявый, что и хозяйка. Я хотел сказать, такой же изящный… на ноги и… на голову. Совсем заговорился. Пора идти, забыл свечу в комнате загасить, еще пожар поднимется.
― Меня с собой возьми.
― Разве, на тот свет чертей отпугивать, – промелькнула злая мысль.
― Возьми, я сгожусь. Вместе будем тушить пожар нашей страсти.
― В другой раз. Обязательно загасим это самую… непомерную тягу. Сейчас, ну, очень, тово… занят. Просто забыл о делах неотложных.
― Тогда, может, сегодня ночью, – скулит, просит растерянная дама парня несговорчивого.
― Согласный. Только луна взойдет, и я тотчас на берегу. От нетерпения сгораю уже сейчас, – ехидно жмурится, оглядывая помещение.
― Я тебе не верю, – надула губы.
Медленно собирает все свое добро в сумочку.
***
Трофим, наконец, увидел Марту. Та шла прямо на них, попрощавшись у двери с каким-то незнакомым молодым человеком. Обрадованный, хотел броситься навстречу.