— Заманчиво, — задумался человек. — Мы поступим так: я отпущу тебя одного, если ты пообещаешь вернуться с моей дочерью, то я буду ждать ровно двадцать дней. За это время в этом лагере не умрет ни один человек, и когда ты вернешь ее мне, мы уйдем. Но если ты не сдержишь слова, солдат, вечером двадцатого дня умрут все, до единого. Или же ты можешь просто забрать своих людей и уйти, забыв про всех остальных людей, но скажешь мне, где искать мою девочку, и я все сделаю сам. В любом случае, что бы ты не выбрал, твое командование должно узнать, что мы не сдадимся, мы будем убивать ваших людей столько, сколько потребуется, пока вы не уберетесь отсюда, или пока мы все не погибнем.
— Я передам твои слова, но, боюсь, слов простого солдата будет недостаточно.
— Значит песок напьется крови, — философски заметил человек со шрамом.
Тайрон отправился в путь один. Дорога была долгой и изматывающей, но он справился. Он дошел до поста. Смог договориться об обмене, забрал девочку и отправился с ней в обратный путь. У них в запасе было еще несколько дней и Тайрон уже успокоился. Он привел девочку в захваченный лагерь. Их встречали громкими криками. И пленные, и захватчики были рады их видеть, девочка уже увидела своего отца и бросилась к нему со всех ног, когда раздались выстрелы. Тайрон бросился к девочке повалил ее на землю и закрыл своим телом, прикрывая от летящих пуль. Никто не ожидал нападения, они пытались отстреливаться, но сопротивление быстро подавили. Тайрон не мог поверить в происходящее, он все сделал, неужели за ними послали группу зачистки, ведь был же договор!? Но он ошибался. Это была не группа зачистки, это были враги. Те, кто счел слабостью компромисс, те, кого война устраивала, те кому не нужен был мир. Кода перестрелка чуть затихла, Тай попытался вывести девочку за территорию, но не успел. Его плечо пронзила острая боль, потом перестала слушаться нога и он упал. Осознание, что его подстрелили пришло позже, когда над ним навис человек в черном с автоматом в руках. Девочка вскрикнула, но ее просто оттолкнули, а ему в лицо ударил приклад.
Очнулся он опять в клетке, теперь его держали отдельно от всех остальных, и теперь все было еще хуже. Пленных больше не поили и не кормили. Человека со шрамом казнили, его дочь была отдана на поругание победителям. Пленных начали пытать и мучать перед смертью. Все его усилия были напрасны. Его охватило отчаянье. Один за другим погибали люди, песок уже стал красным, кровь не успевала впитываться. Тайрон с ужасом ждал своей очереди. Но его оставляли напоследок, лишь насмехались ему в лицо, когда убивали очередного солдата.
— Вот что ты сделал для них, солдат. Вот какое ты принес им спасение!
Его постоянно преследовали предсмертные крики, даже закрыв глаза, он видел, как убивают очередного несчастного. Одного за другим убили оставшихся в живых его друзей. И он ненавидел себя, за то, что не забрал их и не ушел, за то, что решил спасти всех, ведь если бы он тогда ушел со своей командой… Он спас бы хотя бы их, а теперь погибнут все. Он уже не мог стоять на ногах, от жажды горло высохло, кричать не было сил. Раны запеклись их покрывал гной. Он с трудом открывал глаза, и уже мечтал о своей смерти, призывал ее, а она все не шла. Периоды мучительного бодрствования сменялись беспамятством.
Очередной тяжелый бредовый сон нарушили выстрелы. Опять завязалась перестрелка. Он уже не понимал кто с кем, за что и почему. Очнулся он от крика над самым ухом.
— Этот живой! Врача сюда. Держись, парень, мы вытащим тебя. Все уже позади.
— Девочка, — пытался он шевелить опухшим языком. — У них девочка, лет тринадцати. Не убивайте.
Он не помнил, как его доставили в госпиталь, не помнил операции. Но когда он открыл глаза и увидел над собой медсестру он первым делом спросил о девочке.
— Жива она, лейтенант. Ей помощь оказали, все с ней в порядке. Она каждый день к вам приходит.
Тайрон облегченно вздохнул, пытаясь сдержать подступающие слезы.
Потом он узнал, что, когда от него не поступило вестей, им на выручку отправили группу захвата. Спасти удалось немногих, всего человек пять, включая его. Все остальные были либо убиты, либо умерли от истощения. Девочку подлечили и передали соотечественникам. Она оказалась племянницей их вождя, начались переговоры. Так одна маленькая девочка и безумная выходка разжалованного солдата, положили начало мирным переговорам и окончанию военных действий. Оружие замолчало, заговорили дипломаты. Вскоре их войска вернулись домой. Война закончилась ничем. А Тайрона ожидала долгая реабилитация. Встреча с семьей, свадьба и рождение сына.»