32
Ослепительно солнечный день, теплый песок, седой прибой. «Пошли, Дэнни!» И бегом по пляжу, прочь от остальных: Руди и Джеффа, Бетти и Гей — от всей компании Полы, пусть загорают на полотенцах. И красная машина Руди на набережной, вызывающая горькое воспоминание и злость, теперь заглушенные солеными брызгами, криками и смехом.
А еще раньше — знакомство, тоскливое ощущение одиночества среди этой веселой болтовни и поддразнивания: чужак в незнакомом мире. Где центр — Пола, отодвигающая Бетти и Гей на второй план; а Руди и Джефф — оба старше, чем он, загорелые, запанибрата с девушками; нм ничего не стоит растянуться на песке, положив голову на колени кому-нибудь из девушек или даже придвинуться вплотную, обнять. Джефф, подхватив Гей на руки, тащит ее в воду; всплеск, визг: «Джефф, прекрати! Сейчас же прекрати!»
«Лови!» Взлетевший в воздух мяч, мягкий удар о его ладони и… «Эй, Дэнни, мне!» — кричит Джефф. Возглас Полы: «Дэнни, бросай его мне, Дэнни!» И он бросает мяч Поле, Джефф кривит губы, девушки неуклюже кидают мяч друг другу, стараясь удержать его у себя, но Джефф выхватывает его у Полы и бросает Руди, подальше от девушек — и больше они не доверяют его Дэнни.
И вопрос Гей: «Где вы живете, Дэнни?» — «Глиб». Сегодня это название звучит по-иному, как и его голос — голос чужака, пещерного жителя, попавшего в страну особняков, газонов и садов.
И вопрос Руди: «Вы работаете в этой страховой конторе вместе с Полой, как я слышал. Уж не попахивает ли здесь нежным романом между клерком и машинисткой, а?» И оглушительный хохот Джеффа, и Пола, набравшая пригоршни песку, чтобы рассчитаться с ними обоими: «Мы с Дэнни понимаем друг друга, вислоухие тупицы!» И пригоршни песка — часть их шутки, шутки, принадлежащей только им.
Когда они с Полой вышли из воды и пошли по пляжу, она спросила:
— Что, собственно, происходило сегодня утром в «Страховании», Дэнни-Дэн? Что-то сверхсекретное?
И Дэнни, лишь на секунду вспомнив об осторожности, рассказал ей о краже.
— Да-а! — сказала она. — Сейф был взломан?
— Как будто нет. Но деньги исчезли.
Ее глаза широко раскрылись.
— А у кого есть ключи от сейфа?
Дэнни загнал в подполье воспоминание о том вечере, когда он отдал ключ Риджби, — подозрение, которое он навсегда утаит ото всех. Он сказал:
— Только у Лори Джаджа, насколько мне известно.
— Сколько украдено?
— Чуть больше четырех тысяч фунтов.
Они бросились на песок рядом с остальными, и Пола воскликнула:
— Что скажете, детки? Дэнни замешан в краже четырех тысяч фунтов из «Национального страхования»!
— Не надо, Пола!
Но непостижимая часть ее натуры как будто стремилась уничтожить всякое доверие между ними. Пола безжалостно принялась его поддразнивать. Он украл ключ и спрятался в здании, а ночью потихоньку ускользнул с добычей. Как он намерен распорядиться деньгами? Она строила ему глазки, придвигалась к нему вплотную. Он купит машину? Яхту? Отправится в кругосветное путешествие?
— Может, вы женитесь на Поле, Дэнни? — это сказал Джефф. А Руди посоветовал:
— Купите себе ба-альшую библиотеку, старина, и удалитесь в жизнь духа.
Подтекст всего этого — нетерпимость своей компании к чужаку — заставил его замолчать. Его чувства были затронуты слишком глубоко, и он не мог имитировать эту легкомысленную небрежность. Он ненавидел их и не мог уйти. Дэнни зачерпывал песок и смотрел, как он сыплется между пальцами, — только бы сделать вид, что все это его не трогает!
— А я бы вышла замуж за человека, который проделал бы что-нибудь в таком роде и сумел остаться вне подозрений, — сказала Пола.
Руди, рывком приподнявшись на локте, отрезал:
— Любишь ты говорить чепуху, Пола. Неужели ты думаешь, что кто-нибудь способен отнестись к этому серьезно?
— Уж ты бы помолчал! — вспыхнула она. — Ты вообще ни к чему не способен относиться серьезно.
Руди поднял брови.
— Нет, вы послушайте ее! Она мечтает бежать со взломщиком. Душечка, поезжай-ка в Чикаго, на эту духовную родину всех взломщиков. Ты могла бы стать тем, что на классическом жаргоне тех мест именуется, если не ошибаюсь, марухой.
Девушки захихикали. Джефф захохотал и обнял Гей поперек живота. Пола покраснела: Дэнни впервые увидел, как она смущается.