И Маруф, увидев все это, удивился, и обрадовался сильной радостью, и сказал: «Посмотрю-ка, что такое в этой коробочке?» И затем он открыл ее и увидел в ней золотой перстень, на котором были написаны имена и талисманы, подобно следам муравьев.
И он потер этот перстень, и вдруг чей-то голос сказал: «Я здесь, я здесь, о господин! Требуй — получишь. Хочешь ли ты построить селение, или разрушить город, или убить царя, или прорыть канал, или сделать что-нибудь вроде этого? Что бы ты ни потребовал, это уже свершилось по изволению владыки всевластного, творца ночи и дня». — «О создание моего господа, кто ты и что ты будешь?» — спросил Маруф. И говоривший ответил: «Я слуга этого перстня, исполняющий службу его владельцу. Какое бы желание он мне ни изъявил, я его исполню, и нет мне отговорки в том, что он мне прикажет. Я владыка телохранителей из джиннов, и число моего войска — семьдесят два племени, а число бойцов каждого племени — семьдесят две тысячи, и каждый из тысячи властвует над тысячей маридов, а каждый марид властвует над тысячей помощников, а каждый помощник властвует над тысячей шайтанов, а каждый шайтан властвует над тысячей джиннов, и все они покорны мне и не могут меня ослушаться. А я приколдован к этому перстню и не могу ослушаться того, кто им владеет, и вот ты им овладел, и я стал твоим слугой. Требуй же чего хочешь, я послушен твоим словам и повинуюсь твоему приказу. Если я тебе понадоблюсь в какое-нибудь время, на суше или на море, потри перстень и найдешь меня возле себя; но берегись потереть перстень два раза подряд: ты сожжешь меня огнем этих имен, и лишишься меня, и будешь жалеть обо мне после этого. Я осведомил тебя о моем положении, и конец». — «Как твое имя?» — спросил его Маруф, и марид ответил: «Мое имя Абу-с-Саадат». И Маруф сказал: «О Абу-с-Саадат, что это за помещение и кто приколдовал тебя к этой коробочке?» — «О господин, — ответил марид, — это помещение — сокровищница, которая называется сокровищницей Щаддада, сына Ада, что построил Ирем многостолбный, подобного которому не сотворено в мире. Я был ему слугой при его жизни, и это его перстень. Щаддад положил его в свою сокровищницу, но теперь он — твоя доля!» — «Можешь ли ты вынести то, что в этой сокровищнице, на поверхность земли?» — спросил Маруф. И марид ответил: «Да! Это самое легкое дело». И тогда Маруф сказал: «Вынеси все, что в ней есть, и не оставляй ничего».
И Абу-с-Саадат показал рукой на землю, и земля расступилась, и он опустился и исчез на короткое время, и вдруг вышли из-под земли изящные юноши с прекрасными лицами, которые несли золотые корзины, и эти корзины были наполнены золотом. Они опорожнили их и ушли, и принесли другие, и все время переносили золото и драгоценные камни, — и не прошло еще часу, как они сказали: «В сокровищнице не осталось ничего».
А затем появился перед Маруфом Абу-с-Саадат и сказал ему: «О господин мой, все, что было в сокровищнице, мы перенесли». И Маруф спросил его: «Что это за прекрасные юноши?» И марид ответил: «Это мои дети. Для этой работы мне не стоило собирать моих помощников, и мои дети исполнили твою нужду и почтили себя службой тебе. Требуй же, чего ты хочешь, кроме этого?» — «Можете ли вы привести мулов и сундуки, и сложить эти богатства в сундуки, и погрузить сундуки на мулов?» — спросил Маруф. И марид ответил: «Это самое легкое дело!» И затем он издал великий крик, и его дети явились к нему, а их было восемь сотен.
«Пусть часть из вас примет облик мулов, а часть — облик прекрасных невольников, ничтожнейшему из которых не найдется подобного у какого-нибудь царя, а часть из вас пусть примет облик погонщиков, а часть — облик слуг», — сказал он им. И они сделали то, что он им приказал, и семьсот из них превратились в грузовых мулов, а оставшиеся сто приняли облик слуг. А потом марид кликнул своих помощников, и они предстали перед ним, и тогда он велел части из них принять облик коней, оседланных золотыми седлами и украшенных драгоценными камнями.
И когда Маруф увидел это, он спросил: «Где сундуки?» И их принесли ему, и он сказал: «Складывайте золото и драгоценные металлы, каждый сорт отдельно». И они сложили и погрузили на триста мулов.
И тогда Маруф спросил: «О Абу-с-Саадат, ты можешь принести мне тюки дорогих тканей?» — «Хочешь ли ты тканей египетских, или сирийских, или персидских, или индийских, или румских?» — спросил марид. И Маруф сказал: «Принеси мне материи каждой страны по сто тюков на ста мулах». — «О господин мой, — сказал марид, — дай мне срок, чтобы я мог назначить для этого моих помощников, я прикажу каждому отряду из них отправиться в какую-нибудь страну и принести сто тюков ее тканей, и мои помощники примут облик мулов и придут, неся эти тюки». — «А какова величина времени отсрочки?» — спросил Маруф. И марид сказал: «То время, пока черна ночь. И не встанет день, как у тебя будет все, что ты хочешь!» — «Я даю тебе эту отсрочку», — сказал Маруф. И затем он приказал им поставить палатку, и ее поставили, и он сел, и ему принесли трапезу, и Абу-с-Саадат сказал ему: «О господин мой, сядь в палатке, и эти мои сыновья будут перед тобой, чтобы тебя охранять. Не бойся ничего, а я пойду соберу моих помощников и пошлю их исполнить твою нужду».
И Абу-с-Саадат ушел своей дорогой, а Маруф сел в палатке, и трапеза стояла перед ним, а сыновья Абу-с-Саадата находились перед ним в облике невольников, слуг и челядинцев.
И когда он сидел таким образом, вдруг подошел тот человек, пахарь, неся большую миску чечевицы и торбу, полную ячменя. Он увидел поставленную палатку и невольников, которые стояли, сложив руки на груди, и подумал, что сам султан пришел и расположился в этом месте.
И тогда он остановился, смущенный, и сказал себе: «О, если бы я зарезал пару цыплят и подрумянил бы их на коровьем масле ради султана!»
И он хотел вернуться, чтобы зарезать цыплят и угостить ими султана, и Маруф увидел его, и закричал ему, и сказал невольникам: «Приведите его!» И невольники понесли пахаря вместе с миской чечевицы и поставили его перед Маруфом. «Что это такое?» — сказал Маруф. И пахарь ответил: «Это твой обед и корм твоему коню. Не взыщи с меня — я не думал, что султан придет в это место, и если бы я это знал, я бы зарезал ему цыплят и угостил бы его хорошим угощением».
И Маруф сказал: «Султан не приехал, но я его зять и был на него сердит, и он прислал ко мне своих невольников, которые помирили меня с ним, и теперь я хочу вернуться в город. Но ты приготовил мне угощение, не зная всего этого, и твое угощение принято, хотя это и чечевица. Я не буду есть ничего, кроме твоего угощения».
И потом он велел ему поставить миску посреди скатерти и ел из нее, пока не насытился, а что касается пахаря, то он набил себе брюхо теми роскошными кушаньями. И потом Маруф вымыл руки и позволил невольникам есть, и они принялись за остатки трапезы и поели.
И когда миска была опорожнена, Маруф наполнил ее золотом и сказал пахарю: «Отнеси ее к себе домой и приходи ко мне в город, я окажу тебе уважение».
И пахарь взял миску, полную золота, и погнал своих быков, и отправился к себе в деревню, думая, что Маруф — зять царя. А Маруф провел этот вечер в радости и веселье, и к нему пришли девушки из дев сокровища и стали играть на инструментах и плясать перед ним, и он провел ночь, которая не идет в счет ночей жизни.
И наступило утро, и не успел Маруф опомниться, как пыль поднялась, и взлетела, и рассеялась над мулами, которые несли тюки, и их было семьсот мулов, нагруженных тканями, и вокруг них были слуги — верблюжатники, и погонщики, и светоносцы, а Абу-с-Саадат сидел на муле в обличье предводителя каравана, и перед ним шли носилки с четырьмя шариками червонного золота, украшенными драгоценными камнями.
И достигнув палатки, марид сошел со спины мула, и поцеловал землю, и сказал: «О господин, дело сделано полностью и до конца, а вот носилки в которых одежда из сокровищницы, — нет ей подобной среди царских одежд. Надень же ее, садись в носилки и приказывай нам что хочешь». — «О Абу-с-Саадат, — сказал Маруф, — я хочу написать письмо, с которым ты пойдешь в город Ихтиян аль-Хатан и войдешь к моему тестю, царю; но не входи к нему иначе как в облике гонца, приятного видом». — «Слушаю и повинуюсь», — сказал марид. И Маруф написал письмо и запечатал его, и Абу-с-Саадат взял письмо и ушел.