Алиса сделала несколько шагов и встала напротив.
— Куда ты пропала из магазина?
— Меня похитили.
— Кто?
— Разноглазый китаец.
— И что потом?
— Он пытался меня убить.
— Однако ж не убил, — констатировала Алиса.
— Я сбежала.
— И, конечно же, оставила Предмет у него?
Маруся набрала побольше воздуха в легкие, но ответить так и не сумела. Рот как будто опять склеился теми ужасными вонючими гранулами.
— У тебя глаза обычные. Где Предмет?
Обычные глаза. Во всей этой суматохе Маруся ни разу не вспомнила про них. У нее даже не было времени и желания заглядывать в зеркало. Хотя, впрочем, конечно, обычные — она ведь отдала ящерку.
— Так ты оставила Предмет у Чена?
Знает, как его зовут. Значит, известная фигура...
— Где Саламандра?
— Ну ладно. Хватит... — наконец не выдержал Илья.
Маруся посмотрела в его сторону. Он снимал комбинезон, отвернувшись лицом к стене.
— Ничего не хватит! Пусть отвечает!
— Предмет не у него, — неожиданно выпалила Маруся.
— А где же он?
— Он...
— Хватит!
Теперь Илья подошел к ним и положил руку на плечо Алисы. Раздетый по пояс, всего в паре шагов... Маруся невольно стала рассматривать его голое тело. Синяки. Содранная кожа на ребрах...
— Бунина этим не вернешь.
Профессор. Его тут не было. Почему-то Маруся только сейчас это осознала и испугалась. Что значит «Бунина не вернешь»?
— А что с ним?
— Он умер, — сухо ответил Илья.
В такие моменты надо что-то почувствовать. Обязательно надо почувствовать что-то очень сильное. Ну же! И Маруся почувствовала. Она почувствовала себя деревянной чуркой, у которой нет никаких чувств. Жалость? Злость? Страх? Боль? Давай... Давай же! Хотелось бить себя по щекам, чтобы очнуться. Профессор! Смешной, нелепый сумасшедший с соленым огурцом, с папиросами, смеющийся, сердитый... «Ты можешь пройти сквозь стену?» Маруся вспомнила, как чувствительно ткнулась в стенку носом... Губы непроизвольно расползлись в улыбке.
— Тебе смешно?
Маруся посмотрела на Алису. Ненависть и презрение.
— Мне грустно, — все еще улыбаясь, тихо ответила Маруся.
Что остается внутри после того, как ты узнаешь о смерти близкого человека? Наверное, любовь. Возможно, даже такая, о который ты никогда не подозревал, пока этот человек был жив и находился рядом с тобой.
— Убирайся отсюда, — процедила сквозь зубы Алиса.
Маруся кивнула.
Профессор погиб. Ребята вернулись. Предметов больше нет, и смысла в Марусе нет тоже. Смысла вообще нет.
Маруся вышла из комнаты, даже не посмотрев на Илью и Носова. Ей казалось, нет, она просто боялась увидеть у ребят такой же взгляд, как у Алисы.
Где-то в ангаре все на том же месте переминался с ноги на ногу сиплый студент. Маруся заметила его краем глаза, но оборачиваться не стала.
— Отвезешь меня?
Студент послушно направился в сторону трамвая.
Забрать машину, уехать домой в Москву и потом ненавидеть себя. Таков был план на ближайшую жизнь, а дальше посмотрим.
Маруся брела через пустой сквер и думала. Думать было тяжело — мысли разбегались, словно боялись, что она догонит их и примется перебирать. Наверное, где-то в подсознании Маруся не хотела думать вовсе, потому что тогда она должна была бы принять решение, а любое решение означало новые проблемы.
Невыносимо. Невыносимо погружаться в новые проблемы после всего, что случилось. Невыносимо опять что-то делать и подвергать себя новой опасности. Хочется домой. Хочется к папе, рассказать ему все, и чтобы пожалели. Чтобы наконец уже пожалели, а не орали. Чтобы не чувствовать вину за то, в чем в общем-то не виновата. Или виновата? Но виновата в чем? В глупости?
Разве можно обвинять в глупости человека, который и правда глуп?
Маруся села на мокрую скамейку и обхватила голову руками. Игра, в которую ее втянули, была ей не по зубам. Она чувствовала себя легким, пустым и бессмысленным воланчиком, который швыряли из стороны в сторону, пинали, топтали и обвиняли во всех грехах, если воланчик вдруг попадал не туда или застревал в кустах, улетал на крышу веранды...
Какие-то предметы, прозрачные существа, космические пришельцы, атланты, путешественники во времени, китайские маньяки, всемирный заговор — и все это вот так сразу, после моря, солнца, жареных мидий. Еще неделю назад самой невыносимой мыслью было, как выбрать купальник или там... газировку.